Александр Блок написал это юолнн 100 лет назад
http://www.aai.ee/~vladislav/poesia...adislav/poesia/rus/copies/poets/Blok_Kov.html
ДВА ВЕКА
Век девятнадцатый, железный, воистину - жестокий век!
Тобою в мрак ночной, беззвездный беспечный брошен человек!
Век умозрительных понятий, матерьялистских малых дел,
Бессильных жалоб и проклятий, бескровных душ и слабых тел!
С тобой пришли чуме на смену неврастения, скука, сплин,
Век расшибанья лбов о стену экономических доктрин,
Конгрессов, банков, федераций, застольных спичей, красных слов,
Век акций, рент и облигаций, и малодейственных умов,
И дарований половинных (так справедливей - пополам!),
Век не салонов, а гостиных, не Рекамье, - а просто дам...
Век буржуазного богатства (растущего незримо зла!).
Под знаком равенства и братства здесь зрели темные дела...
А человек? - Он жил безвольно: не он - машины, города,
"Жизнь" так бескровно и безбольно пытала дух, как никогда...
Но тот, кто двигал, управляя марионетками всех стран, -
Тот знал, что делал, насылая гуманистический туман:
Там, в сером и гнилом тумане, увяла плоть, и дух погас,
И ангел сам священной брани, казалось, отлетел от нас:
Там - распри кровные решают дипломатическим умом,
Там - пушки новые мешают сойтись лицом к лицу с врагом,
Там - вместо храбрости - нахальство, а вместо подвигов - "психоз",
И вечно ссорится начальство, и длинный громоздкой обоз
Волочит за собой команда, штаб, интендантов, грязь кляня,
Рожком горниста - рог Роланда и шлем - фуражкой заменя...
Тот век немало проклинали и не устанут проклинать.
И как избыть его печали? Он мягко стлал - да жестко спать...
Двадцатый век... Еще бездомней, Еще страшнее жизни мгла
Еще чернее и огромней тень Люциферова крыла.
Пожары дымные заката, пророчества о нашем дне,
Кометы грозной и хвостатой ужасный призрак в вышине,
Безжалостный конец Мессины (стихийных сил не превозмочь),
И неустанный рев машины, кующей гибель день и ночь.
Сознанье страшное обмана всех прежних дум и прежних вер,
И первый взлет аэроплана в пустыню неизвестных сфер...
И отвращение от жизни, и к ней безумная любовь,
И страсть и ненависть к отчизне... И черная, земная кровь
Сулит нам, раздувая вены, Все разрушая рубежи,
Неслыханные перемены, Невиданные мятежи.
Что ж, человек? - За ревом стали, в огне, в пороховом дыму,
Какие огненные дали открылись взору твоему?
Как день твой величав и пышен, как светел твой чертог, жених!
Нет, то не рог Роланда слышен, то звук громовый труб иных!
Так, очевидно, не случайно, в сомненьях закалял ты дух,
Участник дней необычайных! Открой твой взор, отверзи слух,
И причастись от жизни смысла, и жизни смысл благослови,
Чтоб в тайные проникнуть числа и храм воздвигнуть - на крови.
Сентябрь 1911