Новости LENR.

Mouselab · 29 Август 2023

Технология которую учёные стыдливо скрывают. Холодный ядерный синтез - 8 фактов

Mouselab · 29 Август 2023

The 25th International Conference on Condensed Matter Nuclear Science (ICCF25)

by Christy L. Frazier

The 25th ICCF (ICCF25) conference kicked off on Sunday, August 27, 2023 with a Welcome Reception in the Copernicus Bar at the Radisson Blu Hotel, where the event is being held. The city of Szczecin, Poland is host to this year’s event, chaired by Konrad Czerski and organized by he and his amazing team from the University of Szczecin.

Czerski is Project Coordinator of CleanHME (Clean Energy from Hydrogen-Metal Systems), which received over $6 million USD in funding from the EU European Commission Horizon2020 Framework Programme to develop hydrogen-metal and plasma systems. This four-year program (slated for completion in July 2024) involves many researchers and institutions in European countries, as well as collaborators in North America, many of whom are presenting at ICCF25 on work related to the CleanHME project.

Infinite Energy staff are watching the conference via a live stream (by registration only). Due to the six hour time difference, daily reports may not be posted immediately, but our goal is to provide a full overview of the event.

Day 1 — August 28, 2023
It’s 3:00 a.m. at our IE office in New Hampshire (U.S.) as ICCF25 kicks off in Poland at 9:00 a.m. According to the organizers, there are about 150 in-person and 38 virtual attendees. Some of the virtual participants are also presenters.

In his Opening Statement, Conference Chair Konrad Czerski (Poland: University of Szczecin; Institute for Solid-State Nuclear Physics) noted how satisfying it has been to organize an ICCF conference “for the first time in Poland” and welcomed attendees from around the world, including 30 virtual participants at the start hour. In presenting the Book of Abstracts to attendees, he said, “We are living in the time of computers, but books are still very important.”

Czerski said, “We are sure that we can in the close future find new energy sources—very cheap, very friendly to the environment, very efficient. The goal is the same over the last 30 years, but we are very close to the final stage. There are some new projects worldwide. We have so many new results and a fundamental understanding of this process...” He noted that numerous participants in the collaborative CleanHME project would present ongoing work. There will be three visits to Czerski’s CleanHME lab for ICCF25 participants.

Czerski acknowledged the main sponsorship by Anthropocene Institute. Anthropocene has developed a Solid State Fusion website, on which they recently announced a grant program (IE story to follow).

A photo tribute memorializing William Collis, founder of the International Society for Condensed Matter Nuclear Science (ISCMNS) who recently passed away, was followed by an overview by Jean-Paul Biberian of Bill’s dedication to and work in the LENR field. Biberian has worked under the guise of ISCMNS to publish the free online Journal of Condensed Matter Nuclear Science.

Jean-Paul Biberian (France: Retired, Aix-Marseille University; VEAGATEC; editor, Journal of Condensed Matter Nuclear Science) was the first speaker in the Heat Production morning session. His talk, “Excess Heat in Nanoparticles Based on Hydrotalcites,” was based on work being done by Biberian’s team at VEGATEC as part of the CleanHME program. A hydrotalcite is a layered double hydroxide, used by Biberian’s team to produce nanomaterials by replacing the magnesium atoms with transition metal atoms (nickel, copper, etc.). VEGATEC collaborates with researchers from CNRS France, the University of Szczecin, LIFCO and Lakoco.

In the abstract of the talk, Biberian et al. wrote, “This unique method of manufacturing nanoparticles in a matrix made of alumina is very promising for industrial applications since it is very cheap...” Biberian reported on positive and negative results of tests over the past year with five different reactors (some commercial and some “homemade”) using nickel-based alloys. A stainless steel vacuum chamber has hydrotalcite powder placed in it, and hydrogen is introduced on one side of the cylinder and then pumped out from the other side. Biberian said that this continuous flow of hydrogen decarbonates the sample, reducing the metal oxides; this will allow for absorption of hydrogen inside the metal nanoparticles. Biberian noted that more excess heat is produced with this process, suggesting that some active sites in the nanoparticles hold onto some hydrogen and trigger a reaction. He said that preliminary results of a new calorimeter (experiments started a few weeks ago) are “encouraging” and that the work in general has “shown that nanoparticles of nickel-based particles can produce anomalous heat at high temperatures.”

Jirohta Kasagi (Japan: Research Center for Electron Photon Science at Tohoku University) presented on “Photon Radiation Calorimetry for Anomalous Heat Generation in NiCu Multilayer Thin Film During Hydrogen Gas Desorption.” His team includes scientists from Clean Planet Inc. (Japan). They continue to use photon radiation calorimetry, which seems most reliable for obtaining heat from a sample placed in a vacuum. Kasagi said that they have added two new detectors to their system and changed the “case” that holds it, which has removed the requirement of rotating the sample to get measurements and improves time response for continuous measurement of radiation emission. H2 or D2 gas is occluded in a nickel-copper (NiCu) multi-layer thin film sample that has been deposited on a nickel substrate. After the sample absorbs the gas, the vacuum chamber is evacuated and the sample heated to about 1000K. They have found that the samples with a NiCu complex produce more excess heat than ones with a monolayer of Cu. Kasagi stated that, “Excess heat stays constant with 80 hours of continuous measurement, but there are some very short-term fluctuations, as if the system is oscillating.”

Peter Hagelstein (U.S.: Massachusetts Institute of Technology) gave the talk for Melvin Miles (U.S.: Retired from University of LaVerne), who was attending virtually. “Helium-4 as a Measurement of Excess Power in the Palladium-Deuterium System” re-examines data from some of Miles’ early 1990s experiments. Hagelstein noted that Miles’ conclusions may only apply to his data set and not those of others; some of these conclusions include: the importance of grain boundaries as reaction locations and an escape path for gases; most of the helium-4 escapes from the palladium; the fusion reaction rate is controlled by diffusion of deuterons, not the Coulomb barrier; oxygen in the palladium (in his experiments) is detrimental to LENR effects. Hagelstein stated that he found on the CERN website that “5 sigma is considered the ‘gold standard’ in particle physics because it guarantees an extremely low likelihood of a claim being false,” and the experiments Miles’ re-visited for this presentation had measurements far greater than that.

Kang Zhou (China: Zhejiang University) presented remotely on “The Role and Mechanism of Anomalous Heat Generation During Earthquakes and Its implications for Regional Geothermal Resources,” positing some similarities between what happens at the epicenters of earthquakes along the fault lines and what happens in LENR with anomalous heat generation. Zhou’s ideas seem to align with IE editor George Egely’s theory that “cold fusion” happens in Nature more often and in greater ways than most imagine. (As pointed out during the Q&A, these ideas are similar to what has been proposed by Alberto Carpinteri on fission reactions from earthquakes and earlier work by Francesco Piantelli.) Zhou gave some examples of how Edmund Storms’ nuclear active environment has common features with the Earth’s soil, and gave examples of metal hydrides that are formed at the core-mantle boundary. He suggested that understanding how earthquakes are similar to LENR could help lessen the impacts of major earthquakes in the future.

Francis Tanzella (U.S.: Energy Research Center LLC) talked about his work on examining and verifying Brillouin Energy’s calorimetry in “Total Calorimetry (‘from the wall’) in a Brillouin Reactor.” His co-authors, from Brillouin Energy, are Robert Godes, Robert George and Jin Liu. In the abstract, Tanzella noted that some criticism was received on his 2020 calorimetry work on the Brillouin reactor (calorimetry only examined a small portion of the total energy deposited into the reactor). The reactor and calorimeter system have been modified so that “all electrical power used to stimulate the system and all thermal power exiting the system are now measured” (from the abstract for the talk). After over two thousand experiments on over 300 different Ni-coated cores in six different types of reactors, Brillouin has consistently shown over-unity results. Continued and future work at Brillouin include in-situ nickel temperature measurement and building a next generation mass flow calorimeter, among other goals.

Takehito Itoh (Japan: Research Center for Electron Photon Science at Tohoku University) presented virtually on “Photon Radiation Analysis for Spontaneous Heat Burst during Hydrogen Desorption from Nano-sized Metal Composite.” He works with Kasagi and others at Tohoku University, as well as a team from Clean Planet Inc. Their experiments using hydrogen and nano-sized metal composites (Cu/Ni/CaO) show “observation of heat burst phenomena, in which the temperature of the heater suddenly rises.” They did photon radiation analysis to determine if they could detect photon radiations when the heat bursts occurred. Itoh found that “the visible, near-infrared and mid-infrared radiant intensities increase synchronously with the occurrence of heat bursts.” The experimental objectives were mainly realized: Ni-H heat generation; improvement of the measurement accuracy of excess heat; elucidation of the reaction mechanism (size, location); measurement of low energy photons.

Dimiter Alexandrov (Canada: Lakehead University) talked about “Critical Temperature Required and Experimental Proofs About Nuclear Fission Reactions in Constantan.” His experiments utilize constantan wires coiled on alumna rods. Alexandrov said he has “had replicable experiments with constantan wire at 300C and 400C with both nitrogen and deuterium.” In the abstract, he wrote that the “cold nuclear fusion (CNF) reaction in the constantan occurred in its interaction with D2, giving initial T increase followed by T decrease due to both gas saturation in the constantan lowering the CNF reaction and cooling caused by the injected D2 gas.”

The afternoon session continued with another talk on Heat Production, presented remotely by Shinya Narita (Japan: Iwate University): “Heat Measurement in Hydrogen Desorption Experiment Using Pd Foil Coated with Ni Membrane” (co-authored by others at Iwate University). See the abstract for more details now, in which the team wrote: “We have estimated the excess power from comparison with the results for unloaded sample, and obtained preliminarily up to a few hundred mW [excess heat] so far. We are continuing the experiments to confirm the heat evolution and to improve the accuracy of the excess heat evaluation.”

The day’s Transmutation talks began with “Surprising Correlation Between Peaks in LENR Transmutation Data and Deuteron Fusion Screening Data” by David Nagel (U.S.: George Washington University. He warned attendees that this may be his “strangest presentation” on LENR, with “many questions but no answers.” Over the years of analyzing so much experimental data on LENR, Nagel noticed an “unexpected correlation” between some 1996 transmutation data (Miley/Patterson and Mizuno/Ohmori/Enyo) and the 2006 screening data of Widom-Larsen. The transmutation experiments have five peaks of similar atomic mass, and these peaks also occur in theoptical potential model of neutron absorption by Widom-Larsen. Nagel noted that the appearance of the peaks in all three data sets is not fully understood, but that “theories of deuteron stripping reactions might prove to be useful” as an explanation. He said that these apparently correlated peaks “require further study to determine their reality and utility.” Nagel cautioned that “the effort to validate and understand the peaking might be a wild goose chase.” But, “it might end well, with additional understanding of the mechaniscms that cause LENR.”

Vladimir Vysotskii (Ukraine: Taras Shevchenko National University of Kyiv) continues cavitation experiments with his colleagues A.A. Kornilova and S.N. Gaydamaka, who are now affiliated with the U.S. company AVSystems, Inc. IE will provide details on this presentation at a later time; please see the abstract book for details presented there.

Harishyam Kumar (India: Indian Institute of Technology) and his colleagues prepared a talk on “Low Energy Nuclear Fusion at Second Order in Perturbation Theory” (slides were titled “A Toy Model for LENR”). He said that LENR may be a second order perturbation with two interactions at the atomic and nuclear distance scales, and they assume that a photon is emitted “at the first vertex.” The abstract states: “The high energy states have large amplitude for tunneling through the potential barrier and hence it is possible that the total amplitude for this process may be large.” IE will try to expound more on this talk at a later date.

Florian Metzler (U.S.: Massachusetts Insitute of Technology) gave the first Hot Gas Experiment talk, “Probing Neutrons and Purported Fission Daughter Products from Gas-Loaded, Laser-Irradiated Metal-Hydrogen Targets,” a project that has received ARPA-E funding. Metzler’s group (Camden Hunt, Jonah Messinger, Nicola Galvanetto) has an average age of 32 (all are under 40); their interest in the field was inspired by MIT’s Peter Hagelstein. Metzler noted that the ARPA-E program called for a reference experiment that: unambiguously points at a nuclear origin of observed effects; can be reproduced with some degree of reliability; ideally matches a theoretical hypothesis. In the abstract, Metzler’s team wrote: “Our evaluation of the LENR literatures led us to conclude that a specific group of experiments may represent a suitable candidate for such a reference experiment: gas-loaded and laser-irradiated palladium-deuterium and titanium-deuterium samples which have been reported to produce energetic neutrons and/or low-Z elements such as Fe, Ni and Cr.” They have sought (where possible) collaboration with the original scientists of the experiments they will pursue. Metzler noted that the field needs irrefutable evidence “to oversome the stalemate” because there is “too much ambiguity about the resuls to date.” Metzler said, “If there is potential for technology, then the might of the scientific enterprise must be brought to bear.” He noted the need for convergence of bottom-up and top-down efforts.

The final two talks of the day, which IE staff was not able to watch, were:

- Tomotaka Kobayashi (Japan: Waseda University) (Virtual), “Anomalous Temperature Increases in Single-Component Metal Powder Exposed to Pulsed High-Pressure Hydrogen Gas: Fundamental Experiments for High Power Focusing Engine.”
- Franceso Celani (Italy: Instituto Nazionale di Fisica Nucleare), “The Role of Electric Pulse Shape on the Generation of AHE in Surface-Midified Constantan at High Temperatures and Under Hydrogen or Deuterium Gases”

These talks will be highlighted using the abstracts and/or if the videos become available. We will simply update this entry as necessary (and watch the forthcoming IE #165 for a complete story on ICCF25).

Alan Smith, acting CEO of the ISCMNS invited non-members of the ISCMNS to attend the General Meeting being held this evening. (The meeting is held at every ICCF, attended by members only.) The ISCMNS is undergoing a re-organization at the present time, and the meeting will include votes on many action items. An IE story about the revamped ISCMNS will follow soon.

The day’s virtual attendees averaged 30 over the nine hours, with a low of 24 and a high of 36 (to the best of our awareness).

The team at LENR Forum have launched a news site to supplement news in the field for those who are not subscribed to the forum. Ruby Carat has posted a few ICCF25-related stories on the site: an overview of CleanHME participants who will present at the conference; a story about metal nanoparticle heat science (Brillouin Energy, Clean Planet, VEGATEC).

источник: https://infinite-energy.com/resources/iccf25.html

Mouselab · 4 Сентябрь 2023

Первое видео с ICCF25
“ICCF 25 – Роберт Гриньер – Практические применения фрактального тороидального момента”:

Mouselab · 15 Сентябрь 2023

JOURNAL OF CONDENSED MATTER NUCLEAR SCIENCE сентябрь 2023
https://disk.yandex.ru/d/N52kd6BAl3e9Hg
источник: http://lenr.seplm.ru/articles/journal-of-condensed-matter-nuclear-science-sentyabr

копия в прикреплённом файле

Mouselab · 25 Сентябрь 2023

Вебинар № 2 сессии осень - зима 2023 семинара Климова - Зателепина будет проходить 27 сентября 2023 (среда) с 16:00
до 18:00 по московскому времени. Вход в вебинар будет открыт 27 сентября 2023 в 15:30.
Ссылка для подключения
https://us02web.zoom.us/j/9781566746?pwd=dlRKSEx3c2d0VkdhS1RWbEx1VlBEUT09#success

Необычное вещество. Опыты с электрическими разрядами.
А.С. Годин, andrey.godin@gmail.com, С.М. Годин, sergeigodin@gmail.com
Шэньчжэнь, Китай
Докладчик Сергей Михайлович Годин
В презентации описаны эксперименты по проверке некоторых положений недавнего доклада Д.С.Баранова, В.Н.Зателепина и А.Л.Шишкина, в частности утверждения о генерации странного вещества, так называемого «темного водорода», в электрическом разряде в присутствии водорода (в водяном паре) и перенос этого вещества по световоду с помощью лазерного излучения.
В данной работе проверялась возможность транспортировки вещества по световоду и влияние этого вещества на оптические компакт-диски, термопары и термисторы.
Была также проверена возможность проведения электрического тока по световоду с помощью этого вещества.
На основе этих экспериментов были сделаны соответствующие выводы и некоторые предположения.
Unusual substance. Experiments with electrical discharges.
A.S. Godin, andrey.godin@gmail.com, S.M. Godin, sergeigodin@gmail.com
Shenzhen, China
The given presentation describes experiments on verification of some provisions of the resent report by D.S.Baranov, V.N.Zatelepin and A.L.Shishkin, in particular the statement about generation of strange substance by so-called “dark hydrogen” in electric discharge in the presence of hydrogen (in a water vapor) and transfer of this substance along the light waveguide by means of laser radiation.
In this work, the possibility of transporting the substance along a light guide and the effect of this substance on optical CDs, thermocouples and thermistors were tested.
The possibility of carrying electric current along a light guide by means of this substance was tested as well. Based on these experiments, appropriate conclusions and some speculations have been done.

источник: http://lenr.seplm.ru/seminary/vebin...det-prokhodit-27-sentyabrya-2023-sreda-s-1600

Mouselab · 2 Октябрь 2023

Видео вебинара № 2 сессии осень - зима 2023 семинара Климова - Зателепина 27 сентября 2023 (среда)

Видеозапись вебинара 27 сентября 2023
https://disk.yandex.ru/i/nukPHhPG9YTAhw

Необычное вещество. Опыты с электрическими разрядами.
А.С. Годин, andrey.godin@gmail.com, С.М. Годин, sergeigodin@gmail.com
Шэньчжэнь, Китай
Докладчик Сергей Михайлович Годин
В презентации описаны эксперименты по проверке некоторых положений недавнего доклада Д.С.Баранова, В.Н.Зателепина и А.Л.Шишкина, в частности утверждения о генерации странного вещества, так называемого «темного водорода», в электрическом разряде в присутствии водорода (в водяном паре) и перенос этого вещества по световоду с помощью лазерного излучения.
В данной работе проверялась возможность транспортировки вещества по световоду и влияние этого вещества на оптические компакт-диски, термопары и термисторы.
Была также проверена возможность проведения электрического тока по световоду с помощью этого вещества.
На основе этих экспериментов были сделаны соответствующие выводы и некоторые предположения.
Unusual substance. Experiments with electrical discharges.
A.S. Godin, andrey.godin@gmail.com, S.M. Godin, sergeigodin@gmail.com
Shenzhen, China
The given presentation describes experiments on verification of some provisions of the resent report by D.S.Baranov, V.N.Zatelepin and A.L.Shishkin, in particular the statement about generation of strange substance by so-called “dark hydrogen” in electric discharge in the presence of hydrogen (in a water vapor) and transfer of this substance along the light waveguide by means of laser radiation.
In this work, the possibility of transporting the substance along a light guide and the effect of this substance on optical CDs, thermocouples and thermistors were tested.
The possibility of carrying electric current along a light guide by means of this substance was tested as well. Based on these experiments, appropriate conclusions and some speculations have been done.

источник: http://lenr.seplm.ru/seminary/vebin...det-prokhodit-27-sentyabrya-2023-sreda-s-1600

Mouselab · 2 Октябрь 2023

Вебинар Высокоэнергетические процессы в конденсированных средах 4 октября 2023 (среда) с 16.00
Уважаемые участники вебинара! Рады сообщить Вам о продолжении наших вебинаров в осенне-зимней сессии 2023 г. Мы определились с названием нашего вебинара. Начиная с этой сессии, он будет официально называться: “Высокоэнергетические процессы в конденсированных средах.” Так как это название на наш взгляд наилучшим образом отражает существо рассматриваемых процессов. Основной тематикой вебинара по-прежнему остаётся странное излучение, шаровая молния и ЛЕНР. Напоминаю, что этот вебинар проводится на нерегулярной основе!

Вебинар №2 будет проходить 4 октября 2023 (среда) с 16.00 до 18.00 по московскому времени. Вход в вебинар будет открыт 4 октября в 15.45.

Ссылка для подключения
https://us06web.zoom.us/j/87954362762?pwd=Dmfgh2EO6bg8pKsvayUpm0etztloVk.1#success

Доклад: Странное излучение и микро шаровые молнии в воздухе.
Докладчик: Чистолинов Андрей Владимирович (ОИВТ РАН).

Построена общая теория шаровой молнии и

источник: http://lenr.seplm.ru/seminary/vebin...vannykh-sredakh-4-oktyabrya-2023-sreda-s-1600

Mouselab · 9 Ноябрь 2023

[08/11/2023] Краткие итоги конференции по ядерным процессам в конденсированных средах

Александр Просвирнов
25-я международная конференция по ядерным процессам в конденсированных средах ICCF25 прошла с 27 по 31 августа 2023 года в г. Щецин (Польша) На пленарной сессии было представлено 53 доклада и 32 стендовых докладов. От России представителей не было, однако несколько русскоязычных докладчиков представили доклады от стран, бывших в качестве республик в составе СССР.

На сайте конференции https://iccf25.com/ представлены программа [2] и тезисы докладов [1]. Видео докладов можно посмотреть на youtube по адресу [3]. Краткие обзоры докладов представлены в работах [4], [5], [6].

Рис. 1 Общее фото участников 25-й международной конференции по ядерным процессам в конденсированных средах ICCF25

На Рис. 1 представлены только очные участники, много докладов были представлены виртуально через ВКС.

США представили 27 докладов, Польша - 8, Япония - 6, Китай - 5, Франция - 4, Индия - 4, Венгрия - 4, Украина - 3, Бельгия - 3, Казахстан - 3, Великобритания - 3, Италия - 2, Исландия - 2, Турция - 2, Канада, Словения, Тайвань, Румыния, Нидерланды, Швейцария, Финляндия, Германия представили по одному докладу (всего 84)[4]. Компанией CleanHME, которая осуществляет проекты ЕС, были представлены 7 докладов.

Проект CleanHME (Чистая энергия из водородно-металлических систем) получил более 6 миллионов долларов США в виде финансирования от Рамочной программы ЕС и Европейской комиссии Horizon2020 для разработки водородно-металлических и плазменных систем. В этой четырехлетней программе (завершение запланировано на июль 2024 года) участвуют многие исследователи и учреждения в европейских странах, а также сотрудники из Северной Америки, многие из которых представили на ICCF25 работу, связанную с проектом CleanHME.[7]

Координатор проекта CleanHME Черский сказал: «Мы уверены, что в ближайшем будущем сможем найти новые источники энергии - очень дешевые, очень экологически чистые и очень эффективные. Цель одна и та же на протяжении последних 30 лет, но мы очень близки к финальному этапу. Есть несколько новых проектов по всему миру. У нас так много новых результатов и фундаментальное понимание этого процесса...» [7]

Институт Антропоцена создал сайт [8] и связывает источники финансирования с исследователями и учеными, исследующими «твердотельный синтез» (SSF). «Твердотельный синтез» - это общий термин, охватывающий все ядерные реакции (синтеза, деления, трансмутации, бета-распад, альфа-распад), которые происходят в твердом состоянии, а также LENR (ядерные реакции низкой энергии), а также холодный синтез.

Институт Антропоцена предлагает грант который доступен ученым, студентам и компаниям, работающим в этой области: «Мы приглашаем ветеранов в области SSF, а также исследователей из смежных областей, включая квантовую науку, ядерную инженерию, астро- и геофизику, материаловедение и электрохимию, изучить эту захватывающую область».[8]

Темы докладов: эксперименты H(D) - 38% , теория и обзоры H(D) - 26%, смежные науки - 11%, другое - 25% [4].

Некоторые принципы в исследованиях с H(D): [4]

• Наноструктуры Ni-Cu, Pd-Ni, … (многие)

• Пучки ускоренных лёгких ионов (eLBRUS team)

• Подача пульсирующего напряжения (Celani, Lakesar)

• Сорбция/десорбция H(D) (многие)

• Анализ IR спектра фотонов (Itoh, Kasagi, Iwamura)

• Константан (Celani, Alexandrov)

• Графен (Vysotskii)

Автор обзора [6] рекомендует как наиболее интересные рассмотреть доклады Томотака, Ивамуры, Касаги, Форсли и Терезы Беньо.

Жан-Поль Биберьян (Франция: пенсионер, Университет Экс-Марсель; VEAGATEC; редактор журнала «Journal of Condensed Matter Nuclear Science» ) был первым докладчиком на утренней сессии по производству тепла с докладом по проекту CleanHME «Избыточное тепло в наночастицах на основе гидротальцитов». . Гидротальцит — это слоистый двойной гидроксид, для производства наноматериалов путем замены атомов магния атомами переходных металлов (никеля, меди и т. д.).

В вакуумную камеру из нержавеющей стали помещен порошок гидротальцита, водород подается с одной стороны цилиндра, а затем откачивается с другой стороны. При этом процессе выделяется больше избыточного тепла, что позволяет предположить, что некоторые активные центры в наночастицах удерживают некоторое количество водорода и запускают реакцию. [7].

Дзирохта Касаги (Япония: Исследовательский центр электрон-фотонной науки при Университете Тохоку) представил доклад «Фотонная радиационная калориметрия для генерации аномального тепла в многослойной тонкой пленке NiCu во время десорбции газообразного водорода». В его команду входят учёные из компании Clean Planet Inc. (Япония) https://www.cleanplanet.co.jp/technology/.Количество поданных патентов – 190, количество выданных патентов – 75 в 22 странах».

Газ H2 или D2 заключен в образец многослойной тонкой пленки никель-медь (NiCu), нанесенный на никелевую подложку. После того как образец поглотит газ, вакуумную камеру вакуумируют и образец нагревают примерно до 1000К. Они обнаружили, что образцы с комплексом NiCu выделяют больше избыточного тепла, чем образцы с монослоем Cu. Касаги заявил, что «избыточное тепло остается постоянным в течение 80 часов непрерывных измерений, но наблюдаются некоторые очень кратковременные колебания, как будто система колеблется».

Для справки информация с сайта https://www.cleanplanet.co.jp/technology/: «QHe — это технология генерации тепла с квантовой диффузией водорода. Диффузия вызывается нагреванием небольшого количества водорода, насыщенного наноразмерным композитным материалом на основе никеля. Плотность энергии QHe более чем в 10 000 раз выше, чем у природного газа. QHe может работать непрерывно после первоначального поглощения водорода. В одном из экспериментов избыточное тепло наблюдалось в течение 589 дней с 7 мая 2021 г. по 18 декабря 2022 г., с насыщением водородом только в начале эксперимента.

QHe — это форма термоядерного синтеза, которая может обеспечить тепло в промышленных масштабах до 1000°C. Технология работает с наноразмерным композитным материалом на основе никеля и небольшим количеством водорода. Технология была разработана совместно с Университетом Тохоку, лидером в этой области. QHe — это революционная технология, позволяющая миру достичь нулевого уровня выбросов.

Clean Planet в настоящее время разрабатывает тепловые модули на базе QHe, которые могут обеспечивать энергией промышленный, коммерческий, транспортный и жилой секторы. Тепловой модуль QHe IKAROS имеет размеры настольного компьютера и работает с небольшим количеством недорогих материалов, таких как никель, медь и водород. Ожидается, что каждый модуль будет генерировать 2 кВт. Тепловая мощность в мегаватт может быть получена путем подключения нескольких модулей.

Clean Planet совместно с Miura Co., Ltd., ведущей японской компанией по производству промышленных котлов, разрабатывает пилотный промышленный котел, используя тепловые модули на базе QHe в качестве источника тепла для продажи котлов в ближайшем будущем.

Clean Planet стратегически наращивает свой патентный портфель с 2013 года, включая основные патенты в области производства тепла с использованием квантовой водородной энергии и связанных с ней технологий, таких как управление реакциями, производство наноразмерных реагентов и приложения, использующие тепло. .Количество поданных патентов – 190, количество выданных патентов – 75 в 22 странах».

Питер Хагельштейн (США: Массачусетский технологический институт) выступил с докладом c Мелвином Майлзом (США: пенсионер из Университета Лаверна), который присутствовал виртуально. «Гелий-4 как показатель избыточной мощности в системе палладий-дейтерий» пересматривает данные некоторых экспериментов Майлза начала 1990-х годов.

Кан Чжоу (Китай: Чжэцзянский университет) провел дистанционную презентацию на тему «Роль и механизм аномального тепловыделения во время землетрясений и его последствия для региональных геотермальных ресурсов», отметив некоторое сходство между тем, что происходит в эпицентрах землетрясений вдоль линий разломов, и тем, что происходит в LENR с аномальным тепловыделением. Идеи Чжоу совпадают с теорией Джорджа Эгели о том, что «холодный синтез» происходит в природе чаще и в большей степени, чем многие себе представляют. (Как отмечалось в ходе вопросов и ответов, эти идеи аналогичны тем, которые были предложены Альберто Карпинтери о реакциях деления при землетрясениях и более ранним работам Франческо Пиантелли.) Чжоу привел несколько примеров того, как ядерная активная среда Эдмунда Стормса имеет общие черты со структурой Земли, и привел примеры гидридов металлов, образующихся на границе ядра и мантии. Он предположил, что понимание того, чем землетрясения похожи на LENR, может помочь уменьшить последствия сильных землетрясений в будущем.

Фрэнсис Танзелла (США: ООО «Центр энергетических исследований») рассказал о своей работе по исследованию и проверке калориметрии Brillouin Energy (https://brillouinenergy.com/). Его соавторами из Brillouin Energy являются Роберт Годес, Роберт Джордж и Цзинь Лю. В тезисах Танцелла отметил, что некоторая критика была получена в отношении его калориметрической работы 2020 года на реакторе Бриллюэна (калориметрия исследовала лишь небольшую часть общей энергии, переданной в реактор). Информация с сайта Brillouin Energy: «Мы постоянно проводим различные тесты и располагаем обширной библиотекой накопленных повторяемых результатов по тепловой мощности LENR. С 2018 года после усовершенствования установки СОР (отношение выходной мощности к входной) вырос с 2,0, до 2.7».

Такехито Ито (Япония: Исследовательский центр электрон-фотонной науки при Университете Тохоку) представил виртуальную презентацию «Анализ фотонного излучения для спонтанного теплового выброса во время десорбции водорода из наноразмерного металлического композита». Он работает с Касаги и другими в Университете Тохоку, а также с командой Clean Planet Inc. Их эксперименты с использованием водорода и наноразмерных металлических композитов (Cu/Ni/CaO) показывают «наблюдение явлений теплового взрыва, при которых температура обогреватель внезапно поднимается». Они провели анализ фотонного излучения, чтобы определить, смогут ли они обнаружить фотонное излучение во время тепловых всплесков. Ито обнаружил, что «интенсивность видимого, ближнего и среднего инфракрасного излучения увеличивается синхронно с возникновением тепловых всплесков». В основном были реализованы задачи эксперимента: выделение тепла Ni-H; повышение точности измерения избыточного тепла; выяснение механизма реакции (размер, местоположение); измерение фотонов низкой энергии.

Дмитрий Александров (Канада: Университет Лейкхед) рассказал о «Необходимой критической температуре и экспериментальных доказательствах реакций ядерного деления в Константане». Он «провёл воспроизводимые эксперименты с константановой проволокой при 300 и 400°C как с азотом, так и с дейтерием».

Шинья Нарита (Япония: Университет Иватэ) дистанционно представил доклад: «Измерение тепла в эксперименте по десорбции водорода с использованием палладиевой фольги, покрытой никелевой мембраной» (в соавторстве с другими сотрудниками Университета Иватэ). «Мы оценили избыточную мощность путем сравнения с результатами для ненагруженного образца и на данный момент предварительно получили до нескольких сотен мВт [избыточного тепла]. Мы продолжаем эксперименты, чтобы подтвердить выделение тепла и повысить точность оценки избыточного тепла».[1]

Дэвид Нагель (США: Университет Джорджа Вашингтона) выступил с докладом: «Удивительная корреляция между пиками в данных о трансмутации LENR и данных скрининга синтеза дейтрона». За годы анализа большого количества экспериментальных данных по LENR Нагель заметил «неожиданную корреляцию» между некоторыми данными о трансмутации 1996 года ( Майли/Паттерсон и Мизуно/Омори/Энио ) и данными скрининга Уидома-Ларсена 2006 года . Эксперименты по трансмутации имеют пять пиков с одинаковой атомной массой, и эти пики также встречаются в оптической потенциальной модели поглощения нейтронов Видома-Ларсена. Нагель отметил, что появление пиков во всех трех наборах данных не полностью понятно, но что «теории реакций отрыва дейтрона могут оказаться полезными» в качестве объяснения.[1]

Владимир Высоцкий (Украина: Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко) продолжает кавитационные эксперименты со своими коллегами из России А.А. Корниловой и С.Н. Гайдамакой, которые сейчас связаны с американской компанией AVSystems, Inc. Был исследован низкоэнергетический d+d-синтез, стимулированный дистанционным воздействием незатухающей тепловой волны (80 МГц) с трековой детекторной регистрацией быстрых альфа-частиц. Были использованы TiD мишени (длина - 10 мм, диаметр - 7 мм, насыщенность D ~150%), установленные на расстоянии 20 см от источника тепловой волны и подвергались облучению этими волнами в течение 20 и 40 минут. Общее количество ядер H3, синтезированных в приповерхностном тонком слое TiD мишеней составляло ~1,6×1010 (облучение в течение 40 минут) и ~4,6×109 (облучение в течение 20 минут). Ядра H3 синтезировались во всем объеме мишени.[1]

Харишьям Кумар (Индия: Индийский технологический институт) и его коллеги подготовили доклад на тему «Низкоэнергетический ядерный синтез второго порядка в теории возмущений». Он сказал, что LENR может быть возмущением второго порядка с двумя взаимодействиями на атомном и ядерном масштабах расстояний, и они предполагают, что фотон испускается «в первой вершине». [7]

Флориан Мецлер (США: Массачусетский технологический институт) выступил с докладом об эксперименте с горячим газом « Изучение нейтронов и предполагаемых дочерних продуктов деления из нагруженных газом и облученных лазером металловодородных мишеней », проекта, получившего финансирование ARPA-E . Группа Мецлера (Кэмден Хант, Джона Мессингер, Никола Гальванетто) имеет средний возраст 32 года (все моложе 40 лет); их интерес к этой области был вдохновлен Питером Хагельштейном из Массачусетского технологического института. Мецлер отметил, что программа ARPA-E требует проведения эталонного эксперимента, который: однозначно указывает на ядерное происхождение наблюдаемых эффектов; могут быть воспроизведены с некоторой степенью достоверности; идеально соответствует теоретической гипотезе. В реферате команда Метцлера написала: «Наша оценка литературы по LENR привела нас к выводу, что определенная группа экспериментов может представлять собой подходящего кандидата для такого эталонного эксперимента: нагруженные газом и облученные лазером палладий-дейтерий и титан-дейтерий. образцы, которые, как сообщается, производят энергичные нейтроны и/или элементы с низким Z, такие как Fe, Ni и Cr». Они стремились (где это возможно) к сотрудничеству с учеными-первоначальниками экспериментов, которые они будут проводить. Метцлер отметил, что в этой области необходимы неопровержимые доказательства, «чтобы выйти из тупика», поскольку «на сегодняшний день существует слишком много двусмысленности в отношении результатов». Мецлер сказал: «Если у технологий есть потенциал, то необходимо задействовать мощь научного предприятия». Он отметил необходимость сближения усилий снизу вверх и сверху вниз.

Далее выступили:

- Томотака Кобаяси (Япония: Университет Васэда) (виртуально), «Аномальное повышение температуры в однокомпонентном металлическом порошке, подвергаемом воздействию импульсного газообразного водорода под высоким давлением: фундаментальные эксперименты для мощного фокусирующего двигателя».

- Франческо Челани (Италия: Национальный институт ядерной физики), «Роль формы электрического импульса в генерации АЭХ в константане с модифицированной поверхностью при высоких температурах и в газах водорода или дейтерия».

Второе утро конференции началось с доклада о производстве тепла Ясухиру Ивамуры (Япония: Исследовательский центр электрон-фотонных наук, Университет Тохоку) и его команды из CleanPlanet. В статье «Элементный анализ и квадрупольная масс-спектрометрия для выяснения аномального тепловыделения, наблюдаемого в нано-многослойном металлическом композите на основе Ni и газообразном водороде» Ивамура сообщил об «инновационном методе генерации тепла, вызываемом быстрым нагревом наноструктурированных многослойных материалов на основе Ni». тонкая пленка», наполненная водородом. У них были пики аномального избыточного тепла выше 20 кэВ/ч, «слишком высокие, чтобы их можно было объяснить известными химическими реакциями». Образцы, выделявшие избыточное тепло или тепловые выбросы, демонстрируют очень высокие концентрации кислорода; они исключили поверхностное окисление как источник, но не определили, что вызывает появление кислорода (и будут проводить дальнейшие эксперименты, чтобы выяснить, что происходит).[7]

Лоуренс Форсли (США: Исследовательский центр Джона Гленна НАСА; Глобальная энергетическая корпорация) представил первый из трех докладов об эксперименте с пучком. Выступая по ВКС на тему «Плазменно-индуцированный электронный скрининг на пике Брэгга», Форсли сообщил о работе, проведенной им и его коллегами из Исследовательского центра Гленна НАСА совместно с его компанией Global Energy Corporation и исследователями из PineSci Consulting и HX5. Они предполагают, что усиленный эффект электронного экранирования «происходит из-за плазменного экранирования, когда заряженные частицы проходят через конденсированное вещество и уносят с собой электроны». Форсли сказал, что эффекты плазменного экранирования ранее не рассматривались в лабораторных экспериментах. Он отметил: «Если принять во внимание эти эффекты, можно будет лучше понять, когда и где происходят реакции dd-синтеза».[7]

Свейн Олафссон (Исландия: Научный институт Университета Исландии) сообщил о «Времяпролетной характеристике ускоренной лазером водородной ридберговской материи, поглощенной танталовой фольгой», работе, проделанной им и его коллегами из Университета Исландии для проверки наблюдений Лейфа Холмлида ( 2012) о генерации быстрых частиц при воздействии на металлическую фольгу, подвергнутую воздействию водородного ридберговского вещества, лазерных импульсов длительностью 5 нс. Олафссон использует улучшенное оборудование, которое он описал. Он привел некоторые предварительные результаты обнаружения и наблюдения быстрых частиц, которые «указывают на то, что быстрые частицы имеют положительный заряд». Работа продолжается.[7]

Ракеш Дубей (Польша: Институт физики Щецинского университета) и его коллеги, в том числе председатель конференции Черский, работают над «Бенчмаркингом электронных наблюдений для экспериментов по твердотельному DD-синтезу при тепловых энергиях» в рамках проекта CleanHME. Он обсудил обычные каналы реакции, отметив, что «исследования холодного синтеза приводят к выводу, что производство 4He является самым сильным каналом реакции, и одновременного гамма-излучения не происходит». Дубей представил подробности своего экспериментального наблюдения нового канала реакции, проведенного на ускорителе сверхвысокого вакуума eLBRUS в Щецинском университете.

Конрад Черский (Польша: Щецинский университет) рассказал о «Протонно-индуцированных ядерных реакциях при тепловых энергиях», работе, проделанной с коллегами из его университета, а также Морского университета Щецина в рамках проекта CleanHME. Он обсудил различные возможные реакции в своих экспериментах с пучком, отметив, что избыточная энергия «кажется одинаковой независимо от того, используется ли легкий или тяжелый водород, и значительно превышает ожидаемую для химических реакций». Работа посвящена расчету сечений протонно-индуцированных реакций при тепловых энергиях и сравнению их с dd-реакциями в известных экспериментах по электролизу и газовой нагрузке. Он сказал, что они попытаются «предсказать, в какой степени результаты ускорительных экспериментов, проведенных при более высоких проективных энергиях, могут помочь нам понять данные, полученные при тепловых энергиях». Они считают, что при более низкой энергии можно обнаружить больше резонансных и экранирующих эффектов, и указали, что кислород в очень низких концентрациях, по-видимому, улучшает экранирование.[7]

Али Ихсан Кылич (Турция: Университет Эскошехира) обсудил «Резонансную структуру в 4He, показывающую зависимость поперечного сечения от материала при очень низких энергиях», продолжение работы польской группы в программе CleanHME. Он рассмотрел энергетическую зависимость коэффициента ветвления и угловых распределений различных материалов мишени. В работе рассматривается статья Черского 2006 года (который является соавтором этой статьи), в которой мишени из Sr и Li показали «значительное подавление» нейтронного канала и увеличение угловой анизотропии при энергиях дейтронов ниже 20 кэВ. [7]

Нараян Бехера (Индия: Центр энергетических исследований Университета СВЯСА) виртуально выступил на тему «Квантовые эффекты поляризации вакуума могут значительно повысить вероятность туннелирования ядер дейтерия с образованием ядра гелия при холодном синтезе». Его команда изучает, как поляризация вакуума из-за сильных электромагнитных полей вокруг глубоких электронов может объяснить эффект туннелирования и, в конечном итоге, LENR. Он сказал: «Электроны могут двигаться к ядрам дейтерия и, таким образом, могут создавать эффективное экранирование кулоновского потенциала, уменьшая прочность кулоновского барьера». Виртуальные частицы могут взаимодействовать с ядрами дейтерия, что приводит к изменению их эффективной массы и заряда. Бехера использовал диаграммы Фейнмана, чтобы проиллюстрировать эффект поляризации вакуума, в том числе «значительно увеличивая вероятность туннелирования ядер дейтерия для слияния с ядрами гелия и высвобождения энергии».[7]

Независимый исследователь Филипп Хатт (Бельгия) рассказал о своей теории, объясняющей «Связь между массой бозона Хиггса и массами нейтрона, протона и электрона, объясняющая сильное ядерное взаимодействие». Он объяснил свои взгляды на: механизм получения нейтронной массы из бозона Хиггса; электромагнитные эффекты, основанные на этом механизме; слабое ядерное взаимодействие; сильное ядерное взаимодействие.

Линн Боуэн (США: Колледж Колорадо Маунтин) в «Исследовании усовершенствований конструкции LENR на основе недавно полученного понимания механизма LENR» заявила, что LENR, возможно, больше не нуждается в новой теории, предполагая, что холодный синтез - это синтез, производящий нейтроны, которые термализуются и поглощаются, как это наблюдается в экспериментах типа Флейшмана-Понса. Она заявила, что четыре дочерних продукта (n, p, 3He, 3T) обладают высокой кинетической энергией, которая передается дейтронам при рассеянии. Кулоновский барьер преодолевается за счет этой переданной кинетической энергии. В аннотации отмечалось: «Если достаточное количество 2D-элементов находится под напряжением, может произойти последующая реакция 2D-2D», и произойдет цепная реакция, если в результате этой реакции будут созданы более энергичные дейтроны. В тезисах изложены двенадцать «предложений по повышению безопасности, надежности и энергоэффективности» конструкции реактора.[1]

Независимый исследователь Алексей Иванчук (Украина) выступил по ВКС на тему «Обнаружение LENR в свечах зажигания». Используя большое количество использованных автомобильных свечей зажигания, он утверждает, что наблюдал странные следы, записанные на чистых CD/DVD-дисках при их размещении рядом со свечами. При этом никаких следов не появится, если проделать те же действия с новыми свечами зажигания.

Гокул Дас Харидас (Польша: Институт физики Щецинского университета) представил дополнительную информацию о работе CleanHME группы, работающей в Щецинском университете, в разделе «Моделирование Монте-Карло Geant-4 для изучения DD-реакций при тепловых энергиях».

Третий день конференции начался с четырех докладов по теоретическим и вычислительным исследованиям:

Питер Хагельштейн (США: Массачусетский технологический институт): «Когерентная ядерная динамика для ядерной части моделей LENR»

Чжинг-Цзин Ли (Китай: Университет Цинхуа) (виртуально): «Закон А1/3 в ядерной трансмутации гидридов металлов (II)»

Дэниел Шумски (США): «Калибровка модели распределения энергии электрода с использованием опубликованных данных Джорджа Майли»

Diadon Acs (США: Форум LENR): «Использование методов машинного обучения для углубленного исследования низкоэнергетических ядерных реакций (LENR и решетчатых ядерных реакций (LANR)».

Утренняя сессия и начало дневной сессии состояли из пяти докладов по лучевым экспериментам:

Тишань Ван (Китай: Университет Ланьчжоу): «Субкулоновский барьерный синтез света и ядер в различных средах»

Наталья Таргош-Слечка (Польша: Щецинский университет): «Усиление ядерной реакции, определяемое с помощью прямой и обратной кинематики в металлических средах»

Бен Бэрроуз (США: Army CRREL): «Морфологические и элементные изменения палладия, погруженного в дейтерий, под воздействием лазерного облучения»

Сэди Форбс (США: Массачусетский технологический институт): «Низкоактивные ионы из TiDx в экспериментах с ионным пучком»

Александра Цветинович (Словения: JSI): «Электронный скрининг в палладии»

Бин-Джуин Хуанг (Тайвань: Advanced Thermal Devices, Inc.): «Аномальное выделение газа в результате низкоэнергетической ядерной реакции воды»

Юта Тоба (Япония: Университет Васэда) (виртуально): «Оптимизация длины газоструйного сопла для увеличения аномального тепловыделения за счет металлического композитного нанопорошка и газообразного водорода»

Прахлада Рамарао (Индия: S-VYASA) (виртуально): «Изучение потенциала низкоэнергетических ядерных реакций (LENR)»

Анисса Бей (Румыния: Инфраструктура экстремального света – ядерная физика (ELI-NP); Национальный научно-исследовательский институт физики и ядерной техники Хория

Хулубей) (виртуально): «На пути к вводу в эксплуатацию источника тормозного гамма-излучения с лазерным электронным управлением для исследований ядерных изомеров в ЭЛИ-НП»

Джордж Эгели (Венгрия: Egely Ltd.) «Результаты испытаний каталитического синтеза»

Себастьян Домошлай (Венгрия: Эгели Крафт): «Метод измерения входной мощности в импульсных электрических цепях»

«История Вселенной» – Кшиштоф Мейснер (Варшавский университет, Польша)

«Холодный синтез: прошлое и настоящее» – Флориан Мецлер (MIT, США).

Последний день конференции.

Тереза Беньо (США: Исследовательский центр Гленна НАСА) выступила по ВКС с докладом своей команды: «Продукты LENR: синтез с решеточным удержанием (LCF), деление или и то, и другое?» Она отметила, что существует множество различных реакций синтеза, и сказала: «Мне нравится называть это ядерным супом... Некоторые из нас могут сосредоточиться на паре этих реакций, но все они происходят одновременно с разной вероятностью. ». Ее команда провела три серии экспериментов (циклирование газа, тормозное излучение, электролитические влажные камеры), во всех из которых были обнаружены продукты/трансмутация. В ходе экспериментов с газовыми баллонами был проведен множественный анализ, поскольку они обнаружили повышенные уровни некоторых элементов (особенно хрома, марганца и цинка). Они пытаются определить, встречаются ли эти изотопы в естественном изобилии, а если нет, то мы наткнулись на что-то очень уникальное». В экспериментах по тормозному излучению они были удивлены, увидев, что воздействие на TiD2 и ErD3 пучка мощностью 2,9 МВ привело к dd-синтезу и нейтронам более высокой энергии. Беньо сказал: «Мы думаем, что последующие реакции термоядерного синтеза произошли из-за усиленных нейтронов Оппенгеймера-Филлипса».

Эксперименты с электролитической влажной камерой показали, что воздействие низких электрических токов приводит к dd-синтезу и нейтронам более высокой энергии. Она сказала, что обнаружение нейтронов «пока не имеет большого значения», но они видели признаки нейтронов с энергией 2,45 МэВ и, возможно, нейтронов более высоких энергий. Они обнаружили «некоторые очень интересные продукты, которых не было в исходных материалах», например, пятна пероксида кальция на поверхности слоя совместного осаждения. Тереза Беньо рассказала о теориях трансмутации. Она заявила: «Мы определили, что внутри решетки возникает более высокая кинетическая энергия, и при этом вся решетка остается при комнатной температуре». Они предполагают, что деление и синтез могут происходить одновременно, и недавно начали рассматривать гибридный реактор термоядерного синтеза/деления (с грантом НАСА в области инновационных передовых концепций), который питает автономный роботизированный зонд.[7]

Эдо Каал (Нидерланды) рассказал о «Слиянии и делении в экспериментах LENR как основном механизме через призму модели структурированного атома». Он и его коллеги утверждают, что ядерная трансмутация является основной причиной избыточного тепла во многих экспериментах LENR, и сетуют на то, что «научное сообщество проигнорировало эти открытия о новых изотопах», поскольку они продолжают искать теоретическое объяснение LENR. Каал рассказал о модели структурированного атома (подобной той, которую предложил Норман Кук), предоставив понимание, которого нет в существующих моделях ядра, включая объяснение механики, задействованной в наблюдениях за трансмутацией. Эта модель «основана на фундаментальном убеждении, что каждое атомное ядро имеет уникальную структуру», а анализ структуры элемента «показывает, какие пути доступны для реакции трансмутации». Каал отметил, что LENR, по-видимому, основан на синтезе и делении с множеством механизмов, которые могут привести к LENR. Его команда планирует сотрудничать с другими исследователями в новых и существующих экспериментах, которые могут использовать трансмутацию для производства энергии, и особенно в тех, которые, по-видимому, соответствуют теоретической модели SAM.[1]

Шьям Сандер Лакесар (Индия: Индийский технологический институт) выступил с виртуальным докладом «Надежность ЭЦП при поиске трансмутации». Его команда проанализировала более 100 образцов из двухэлектродной системы с использованием методов определения поверхностных и объемных характеристик и обнаружила изменение состава на 1-7% в прореагировавшем образце по сравнению с непрореагировавшим образцом.

Владислав Жигалов (Казахстан: Сарбаев Университет) рассказал о «странном излучении» в своем докладе «Движение твердых частиц на поверхности образует следы странного излучения» (работа проведена совместно с Александром Пархомовым).

Стивен Кривит (США: New Energy Times ) представил «Базовое введение в теорию Уидома-Ларсена» (WL). Он «самый большой поклонник» подхода WL и представил «базовое введение в основные концепции теории, а также идеи о том, как эту теорию можно использовать для экспериментов LENR». Кривит выделил четыре основных этапа теории: создание тяжелых электронов; создание ультрахолодных нейтронов; захват нейтронов; создание новых элементов.

Фрэнк Гордон (США: Inovl) представил доклад «Увеличение выходной мощности решетчатого преобразователя энергии (LEC)».

Инженер-программист Роберт Кристиан (США) следит за областью холодного синтеза уже более десяти лет. Кристиан заявил: «Доказательства всегда должны идти по пути, чтобы достичь признания, и этот путь представляет собой социальный процесс, который иногда бывает непростым. Давайте проложим дорогу. Давайте добавим ограждения». Он сказал, что в работе LENR занято «впечатляющее количество исследователей».

Далее выступили:

- Роберт Гриньер (Великобритания: Мемориальный проект Мартина Флейшмана) «Практическое применение фрактального тороидального момента»

- Томас Гримшоу (США: LENRGY) «Роль LENR в обеспечении обитаемости Земли»

- Стивен Баннистер (США: Университет штата Юта) « На пороге революции»

– Жак Рюэр (Франция: SFSNMC) «Энергия для человечества на следующие столетия: роль LENR».

В конце основной сессии состоялся дополнительный доклад Дэвида Нагеля. «Отчет о прогрессе в разработке современных инструментов искусственного интеллекта для исследований LENR», в котором он рассказал о новой программе (финансируемой Карлом Пейджем/Институтом Антропоцена) под названием LENRDashboard , которая использует ИИ для сбора и анализа существующей литературы LENR. По LENR опубликовано около 5000 статей, и в БД уже загружено 4000 полнотекстовых статей. [7]

Заключение

Сенсационных результатов типа сообщения Андреа Росси на конференции не было представлено, однако разработки японской компании Clean Planet впечатляют не меньше.

Исследования LENR в основном сосредоточены в компаниях США, ЕС (CleanHME) и Японии, при этом США доминируют (27 докладов).

Обзор Роберта Кристиана (США) в 2021 году, показал, что в исследованиях LENR участвуют 3460 исследователей из 375 различных групп, при этом большинство из них имеют успешные/хорошие экспериментальные результаты.

Как сказал один из докладчиков из Японии, они прошли этап от полного недоверия LENR к этапу практического внедрения технологии. В Японии исследования LENR получили государственную поддержку и идет разработка госпрограммы исследований. Японская компания Clean Planet совместно с Miura Co., Ltd., ведущей японской компанией по производству промышленных котлов, разрабатывает пилотный промышленный котел, используя тепловые модули на базе QHe (форма термоядерного синтеза) в качестве источника тепла для продажи котлов в ближайшем будущем. Тепловой модуль QHe IKAROS имеет размеры настольного компьютера и будет генерировать 2 кВт.

Следующая 26 международная конференция по ядерным процессам в конденсированных средах ICCF26 пройдет в апреле - июне 2025 г. в Мориока в Японии.

Литература

1. Book of Abstracts 25th International Conference on Condensed Matter Nuclear Science AUGUST 27—31, 2023 SZCZECIN, POLAND, https://iccf25.com/

2. Программа конференции, https://www.lenr-forum.com/attachment/24798-iccf25-detailed-programme-1-pdf/

3. Видео докладов ICCF 25, https://www.youtube.com/@SolidStateEnergy/videos

4. В.А.Жигалов. О прошедшей конференции ICCF-25: впечатления и наблюдения. Обзор некоторых докладов. исследований LENR, https://disk.yandex.ru/i/86YV7Ax7Hc45YA, https://disk.yandex.ru/i/R5ESckehYXmNvg

5. А.Дангян. Обзор некоторых теоретических докладов ICCF-25ICCF25, https://disk.yandex.ru/i/oZQmbTaxDIw3sg, https://disk.yandex.ru/i/R5ESckehYXmNvg

6. Д.ф.-м.н Климов А.И. Обзор докладов ICCF25, https://disk.yandex.ru/i/DbiEQQfp0a4FOg,

7. Обзор докладов от Christy L. Frazier https://www.infinite-energy.com/resources/iccf25.html

8. Сайт института Антропоцена https://solidstatefusion.org/overview/

источник: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=10743

Mouselab · 22 Ноябрь 2023

ГОЛОС АРМЕНИИ

Общество Наука
2021-09-15 13:01
Гаянэ САРМАКЕШЯН
0
6879

РЕДКИЕ МЕТАЛЛЫ ИЗ… ВОДЫ

Старший научный сотрудник Института физических исследований НАН РА (ИФИ) кандидат физико-математических наук Рафик БАЛАСАНЯН занимается исследованиями ядерных процессов в обычных условиях, без использования дорогостоящих ядерных ускорителей и радиоизотопов. Совершенно неожиданные результаты, которые могут иметь большое практическое значение, дали исследования ядерных реакций в обычной воде.

ИСПОЛЬЗУЯ САМУЮ ПРОСТУЮ АППАРАТУРУ - ВОЗДЕЙСТВУЯ НА ВОДУ ультразвуковыми колебаниями и электрическим полем с определенными параметрами, - Р.Баласанян сумел получить в воде ядерные процессы, результатом которых становится появление новых атомов. В процессе определенного воздействия на воду рождаются нейтроны, имеющие дефект массы и называемые квазинейтронами, которые входят в связь с соседними ядрами, в результате чего и образуются новые атомы, которых не было прежде.

Природные ядерные процессы в воде - явления общеизвестные, один из таких примеров - гроза. По данным измерений, при возникновении грозовых туч многократно повышается уровень радиационного фона. Однако, по мнению Баласаняна, физика этих процессов изучена недостаточно. Ему удалось раскрыть природу этих явлений, понять, как и почему в воде происходят ядерные реакции. В свое время Ереванский физический институт был одним из первых научных учреждений СССР, где проводились исследования ядерных процессов во время грозы.

Ученый задумался и над другим интересным вопросом - каким образом в воде океанов образуются новые атомы, новые соединения в виде водорослей, которые питаются только водой? Принято считать, что возникновение новых атомов возможно при термоядерном синтезе, который может происходить только при очень высоких температурах и высоких давлениях.

Р.Баласанян экспериментально доказал, что ядерные реакции в воде могут происходить и без высоких температур и высоких давлений. При погружении металлических электродов в воду и воздействии на них электрическим полем или звуковыми колебаниями можно регистрировать возникновение новых атомов, появление которых невозможно объяснить химическими процессами. Как показали эксперименты, при погружении в воду разных металлов, независимо от величины их электропроводимости, у пограничных слоев возникают двойные электрические слои, которые и являются источниками ядерных процессов и возникновения новых атомов. Например, в экспериментах зафиксировано пятикратное повышение концентрации примеси элемента лития в воде после воздействия на воду ультразвуковыми колебаниями. То есть, если результаты исследований, проводимых Р.Баласаняном, найдут практическое применение, это станет реальной возможностью получать дефицитные материалы без особых затрат из воды. Причем, как уже было сказано, для получения новых элементов в воде не требуется мощных воздействий - достаточны только слабое электрическое поле и слабые акустические колебания. Кроме того, чтобы происходили эти явления, не нужна ни дистиллированная вода, ни вода с какими-то примесями, хотя примеси могут усилить энергетику происходящих процессов.

ПОЯВЛЕНИЕ БОЛЬШОГО КОЛИЧЕСТВА НОВЫХ АТОМОВ, в том числе и редких металлов, подтверждено дополнительными исследованиями, которые проводились в Институте химической физики НАН РА с использованием масс-спектрометров. Результаты полностью достоверны и при необходимости могут быть подтверждены с использованием современной аппаратуры.

В странах, где роль науки на государственном уровне понимается адекватно, после научных изысканий и выявления интересных в плане применения природных закономерностей следуют инженерно-технологические разработки для технической реализации результатов научных предложений, а затем и создание производственных технологий по использованию результатов научных поисков. Вот тогда и приходит время подсчитать экономическую эффективность предлагаемой ученым возможности получения редких химических элементов. Однако эта простая истина нашим чиновникам не доступна, они спешат разобраться с экономической перспективностью разработки еще на этапе лабораторных исследований, что выглядит дико.

То, что организация науки в Армении - слабое место, общеизвестно. В структурах, которые принимают решения в этой сфере, сидят люди, которые имеют весьма отдаленное представление о том, что такое наука, как она работает, какова специфика исследовательской деятельности и какие требования следует предъявлять ученым, чтобы адекватно оценить результаты их деятельности. Возможно, они и не должны иметь глубоких представлений о специфике той или иной сферы науки, перспективах практического использования полученных результатов, но в таком случае к принятию решений, разработке критериев оценки работы ученого и реформ в сфере науки следует привлекать экспертов, корпус которых давно следовало сформировать, причем не из числа лиц, близких сотрудникам Министерства НОКС, а из авторитетных ученых, людей, обладающих широкими знаниями и хорошо представляющих сферу исследовательской деятельности изнутри. Но этого явно не происходит, поэтому не приходится удивляться тому, что ни одно из преобразований в сфере науки, инициируемых государственными структурами, не изменило ситуацию в сфере науки к лучшему, а одним из требований, предъявляемых к ученым, стало экономическое обоснование затрат на проведение того или иного исследования. О том, что экономические расчеты в сфере науки выглядят странно и это требование скорее правомерно в отношении производства, никто из чиновников от науки, похоже, просто не знает.

Требования, связанные с экономической эффективностью проводимых исследований, правомерно предъявлять производителям. А дело ученых - выявление объективных законов природы, возможностей их применения в интересах развития разных сфер человеческой деятельности, обеспечение безопасности, систематизация объективных знаний о мире, без чего невозможна система образования. Пересчитать эффективность всей этой деятельности в деньгах невозможно, но какова была бы судьба человечества, если бы оно отказалось от знаний, накопленных в сфере науки?

У Р.БАЛАСАНЯНА ЕСТЬ И МАССА ДРУГИХ ПЕРСПЕКТИВНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ, технологических разработок и экспериментально подтвержденных идей, одна из которых непосредственно связана с атомной энергетикой. Он предлагал (и знает, как это сделать) по предложенной им методике превращать уран 238 в другой элемент - плутоний, который в полтора раза энергетичнее, чем уран-235, используемый в атомной энергетике. Причем это не потребует особых затрат и оснащенности сложной аппаратурой, а всего лишь элементарных мер радиационной защиты. Однако перспективное предложение ни у кого в Армении интереса не вызвало, как и целый ряд других разработок и перспективных идей. А публиковать стоит не все результаты, поскольку некоторые из них могут иметь двойное применение.

Некоторые перспективные исследования, проводимые Баласаняном, были вынужденно приостановлены, поскольку необходимо было сделать конструкцию опытного образца, потом производственный образец… Однако даже ИФИ, будучи одним из лучших институтов НАН РА, не имеет достаточной инженерно-производственной базы, а финансирование науки в Армении крайне недостаточное.

Согласно уставу НАН РА, заказчиком научных исследований является государство, но знаем ли мы примеры, когда государство заказывало бы ученым исследования, проявляло заинтересованность в результатах их деятельности? Наука в Армении не востребована. И вот что особенно беспокоит - ни социально-экономические проблемы, которые в течение всех лет независимости так и не смогло решить государство, ни трагический опыт последней войны ничему не научили. Отношение к науке как было, так и остается безответственно безобразным. Тем, кто требует от ученых экономического обоснования затрат на исследования, стоило бы начать с того, чтобы подсчитать, сколько мы потеряли в результате войны, в которой потерпели поражение лишь потому, что результаты исследований ученых, их разработки, в том числе и военные, не нашли применения. Ну как тут не вспомнить Конфуция: "Единственная ошибка - не исправлять ошибок прошлого". Но именно эта ошибка, хотя и не единственная, но возведенная в традицию, определяет судьбу нашего народа, страны.

источник: https://www.golosarmenii.am/article/129045/redkie-metally-iz%E2%80%A6-vody

Mouselab · 22 Ноябрь 2023

Analysis of Edmund Storms’ Statements About the Widom-Larsen Theory of LENRs

Edmund Storms

Nov. 4, 2023 (Revised Nov. 19, 2023)
By Steven B. Krivit

Science, some people say, is the dispassionate, objective pursuit of nature’s truths. Though that may be the ideal, in reality, scientific exploration — particularly where its practitioners break new ground — is anything but objective. In such cases, the discussion is often accompanied by, to use the words of German philosopher Arthur Schopenhauer, “violent opposition.” We may not see the adversity manifest literally in the physical, but instead, sociologically. The following is an account of one such case. It is one that I, as a writer, and as a person who has chosen to support a novel idea, had also become a target of its opposition.

On Aug. 31, 2023, I gave a lecture on the basic concepts of the Widom-Larsen theory of low-energy nuclear reactions (LENRs) at the ICCF-25 conference in Szczecin, Poland. The conference was originally called the International Conference on Cold Fusion, but now the acronym represents the International Conference on Condensed Matter Nuclear Science. I will soon be publishing a video of my presentation, along with detailed responses and follow-up discussions that I have since had with several people who were at the conference.

It is my opinion that the theory is the best available explanation for LENRs. I have encouraged people to consider this theory since 2006. According to the Widom-Larsen theory, LENRs are a neutron-mediated reaction, not a fusion-based reaction. Allan Widom and Lewis Larsen published the first paper of their series (see the WL Portal) in European Physical Journal C – Particles and Fields on March 9, 2006, after submitting it to the arXiv preprint server on May 2, 2005.

Widom and Larsen were not the first theorists to suggest that LENRs are a neutron-mediated reaction, but their explanation is more complete than any prior neutron explanations for LENRs. This includes ideas proposed by Mitchell Swartz, Peter Hagelstein, Hideo Kozima, John Fisher, George Anderman, Lali Chatterjee, Tadahiko Mizuno and Yasuhiro Iwamura.

In 2008, Fisher was one of the few scientists in the LENR field who had the courage to speak openly and critically against the majority of scientists in the LENR field who espoused some kind of deuterium-deuterium “cold fusion” mechanism:

In my opinion [LENR] has been crippled by wide acceptance of the belief that deuterium fusion of some sort is responsible for energy generation, and also by rejection of alternative [proposed] mechanisms. Progress is stunted when we reject a mechanism, because we then fail to undertake the experiments it suggests.

Why This Is Important
Theoretical guidance is essential for experimenters in the field of low-energy nuclear reactions (LENRs). For instance, they need to know if normal hydrogen-nickel systems are viable, or if only deuterium-palladium systems should work. They also need to predict the outcomes of control experiments with normal hydrogen. The Widom-Larsen theory, even if it turns out not to be fully correct, is a valuable contribution to LENR research. It has supported the efforts and achievements of researchers who have focused on normal hydrogen-nickel systems, as they demonstrated at ICCF-25. The Widom-Larsen paper is a citable reference to a possible viable explanation for LENRs, a common demand made by journal peer-reviewers.

Chilly Reception
My enthusiasm for the theory has not been widely shared among people in the field. Why would bona-fide scientists be so tenaciously attached to the “cold fusion” concept? That is a complex and intriguing question that goes beyond the scope of this article. What I can say for sure is that “cold fusion” has a cultural resonance. It has inspired movies, software, music and even ice cream. It is a cool and catchy term. But this should not distract us from the scientific hurdles that this new field faces to gain credibility and acceptance.

Most Vocal Opponent
Throughout these 18 years, one person more than anyone else has tried to discourage people from paying attention to this theory. But this person, Edmund Storms, is not an outsider or an opponent to the field. Rather, Storms is one of the most knowledgeable proponents of LENRs and has made significant contributions as an experimentalist and author.

For nearly two decades, I have tried to educate and inform people about the theory while Storms has tried to convince people that the theory violates fundamental laws of science and is fatally flawed. I have never found his arguments to be compelling. It is time that I explain why.

The “Cold Fusion” Hypothesis
The specific objections by Storms, as I will explain, do not hold up under careful scrutiny. In light of this, it is reasonable to ask what would compel Storms to have run such a long, heated course of opposition to the theory. As far as I can tell, the underlying reason is that the theory casts serious doubt on the “cold fusion” hypothesis, which encompasses a number of assertions and beliefs:

That two nuclei of heavy hydrogen, called deuterium, undergo nuclear fusion at high rates at room temperature.
That the dominant nuclear product is helium-4 and that all other nuclear phenomena in LENRs are a side issue.
That all other nuclear phenomena produced in LENRS, except helium-4, are produced with little-to-no associated energy release.
That LENR experiments that produce isotopic shifts and heavy-element transmutations must be the result of some other nuclear mechanism besides “cold fusion” — or the result of contamination or experimental error.
That LENR experiments performed without deuterium that give positive results of excess heat or nuclear products must be the result of some other nuclear mechanism besides “cold fusion” — or the result of experimental error.

This list should also illuminate the underlying cause for the internal disputes in the first two decades of the field wherein researchers working in the heavy-hydrogen system cast specious doubts and uncertainty on the results of their colleagues working in the light-hydrogen system.

Following the Data — Or Not
Every year since 1989, the experimental evidence has chipped away at this “cold fusion” hypothesis. That assumption was layered on top of mostly scientifically credible experimental evidence. But, as the years went by, rather than revising their hypotheses, scientists who believed in “cold fusion” began to revise the definition of fusion. Shockingly, one highly respected scientist in the field even revised his data to fit the “cold fusion” hypothesis.

Storms’ efforts to promote the “cold fusion” hypothesis show up vividly in a 2010 peer-reviewed paper called “Status of Cold Fusion 2010.” After I read his paper, I saw that Storms had used two fundamentally flawed arguments to support his “cold fusion” thesis. These flaws constituted misrepresentations of the science, and, in the interests of accuracy for the scientific record, I submitted a response to the same journal, refuting his two central points. It went through peer-review, and was accepted for publication.

Storms did not attend the recent conference in Poland where I spoke. As a result, I did not have the chance to directly engage with him about the Widom-Larsen theory. I will do so now.

Background of Widom-Larsen Theory Conflict
At the time Lewis Larsen and Allan Widom published the first preprint of the theory in 2005, Storms, an experienced radiochemist, had worked for Larsen for several years. He had performed experiments for Larsen’s company. Many years before that, Storms had worked at the Los Alamos National Laboratory. He retired from the lab soon after he began “cold fusion” experiments at the lab and publicized them in newspapers.

When I began reporting on the Widom-Larsen theory, other theoreticians in the field were not pleased. I had never reported about any LENR theory in New Energy Times. Theorists, I learned, are a different breed from experimentalists. Experimentalists are almost always trying to replicate and confirm one another’s work. Theorists are almost always competing against one another. In my experience, they each think that their theory is right and that all the others within the domain are wrong. My choice to give attention to the Widom-Larsen theory unintentionally stimulated conflict and envy.

Since 2005, only a few LENR theorists have published formal comments about the Widom-Larsen theory. I will be discussing some of these in a forthcoming video. But, to my knowledge, Storms has never published a formal paper that discusses what he thinks is incorrect about the Widom-Larsen theory.

Storms’ most specific comments about the theory appear in two publications. Just one page in his chapter “How to Explain Cold Fusion?” in a book I co-edited for the American Chemical Society in 2008, discusses the Widom-Larsen theory. Just half a page in his book The Science of Low-Energy Nuclear Reaction discusses the theory.

On the other hand, Storms has been extremely active in his direct conversations with people, in the news media, and in Internet discussion lists, telling people that the theory is wrong:

When people examine this theory carefully and see its obvious flaws, the field is going to look silly in supporting it. … The more publicity this theory gets and the more support [Widom and Larsen] get based on the theory, the bigger the fall will be in the future when people wise up.

Former Mentor
Until I developed an interest in the Widom-Larsen theory, Storms and I had an excellent professional relationship. He had consistently been generous with his knowledge and had offered what seemed to be useful advice to me many times as a new writer about the LENR field. He was the first person I interviewed in the field. For some time, I even regarded him as a mentor. As such, I had invited him to be a member of my nonprofit organization’s board of directors, and he had accepted. But the Widom-Larsen theory changed all of that.

In 2006, Lewis Larsen had told me that Richard Garwin, a world-famous physicist and former arch-critic of “cold fusion” had read the first paper in the Widom-Larsen series. In February 2007, I met Garwin at the American Association for the Advancement of Science (AAAS) meeting in San Francisco. Garwin confirmed to me he that he had read the paper.

Garwin has never been hesitant to point out an error — or even suggest a remotely possible error — in LENR research. So I asked Garwin what he thought was wrong with the theory. He complained to me that the Widom-Larsen theory did not explain their gamma suppression mechanism. (He was correct in that observation, but Widom and Larsen did explain it in a later paper and patent.) Aside from that, Garwin insisted on making sure that I knew that he didn’t say the theory was wrong.

I was impressed that Garwin had not identified any fundamental flaws with the theory. Storms was not.

Storms vs. Garwin
In 2007, I told my board of directors, which included Storms, about my conversation with Garwin. Storms wrote back, “The Widom-Larsen theory is wrong for many reasons. I would not pin any advantage to cold fusion on it.”

Despite my regard for him as a mentor, I pushed back and asked Storms to support his assertions: “I need to explicitly know what is wrong with the WL theory.” The response I received from him lacked details and contained just another set of absolute statements. I realized I needed other opinions. I sent out a survey to a list of LENR researchers. Among the responses, I received this response from Storms:

As you know, I commented on this theory in my book and in the paper I submitted to the ACS proceedings. The theory is so out of contact with reality that I’m surprised that it has gotten any attention at all. Apparently, it is an example of people accepting anything that is stated with sufficient conviction, as is the Larsen and Widom style in their papers. Because it violates basic concepts and ignores accepted data, many of the detailed questions you ask are irrelevant. Nevertheless, perhaps the answers you obtain will finally eliminate this distraction. [emphasis added]

Storms’ absolute conviction that the theory was wrong was a peculiar juxtaposition to Garwin’s response. The nature of Storms’ response reminded me of Garwin’s response in 1989 in Nature magazine to the announcement by Martin Fleischmann and Stanley Pons:

Large heat release from fusion at room temperature would be a multi-dimensional revolution. I bet against its confirmation. … Somebody is going to have to eat his hat.

Storms took a number of steps to discourage me from writing about the Widom-Larsen theory. When I continued to publish news articles on the theory, Storms resigned from my board of directors because I was not following his advice.

Three Proclamations
Storms had given three broad proclamations about the Widom-Larsen theory: 1) it is out of contact with reality, 2) it violates basic concepts, and 3) it ignores accepted data. I asked Storms for details to support these assertions.

Storms’ Book
He first sent me an excerpt from his book The Science of Low Energy Nuclear Reaction:

Widom and Larsen (Northeastern University and Lattice Energy, LLC) attempt to explain neutron induced transmutation by proposing a series of events, starting with formation of super-heavy electrons on an electrolyzing surface. These electrons make “cold” neutrons by combining with protons or deuterons. Next, the very low-energy neutrons or dineutrons are proposed to react with elements (seeds) that are present and generate a range of transmutation products. The authors propose that the expected gamma radiation is absorbed while super-heavy electrons are present, thereby accounting for the absence of radiation from the expected (n,g) reactions. They do not explain why gamma radiation is not detected once the super-heavy electrons stop forming. Yet previously made neutrons would continue to react and produce a decay chain of beta-gamma emitting isotopes. Observed behavior can only be explained if the half-life for super-heavy electron loss after production stops exactly matches the half-life for beta-gamma decay of the resulting radioactive isotopes, a very unlikely coincidence. [emphasis added]

They claim a match exists between a calculated cross-section for low-energy neutron capture and the distribution of elements reported by [George] Miley. Based on the model, addition of neutrons to the seed and to all resulting isotopes would have to be extremely rapid so that only radioactive beta emitters of very short half-life are present in the sample. Presumably, these isotopes decayed away to produce the measured element distribution without their radiation being detected. Absence of detectable radioactivity after such a process is very unlikely. The NAE for this model would be the environment required to create the super-heavy electrons. [emphasis added]

Analysis
Each of these paragraphs contained a specific concern. However, nothing in either paragraph supported Storms’ three assertions.

The Widom-Larsen theory did not need to explain, as Storms complained, “why gamma radiation is not detected once the super-heavy electrons stop forming.” The first reason is that the long history of LENR experiments tells us that very little and very low-energy gamma radiation is emitted during or after experiments.

In 1996, nuclear chemist Thomas Passell, who had studied under Glenn Seaborg at University of California Berkeley, remarked about this profound characteristic, “the almost complete absence of radioactivity in palladium and nickel cathodes which have apparently produced excess heat.” Passell was puzzled as to why only stable isotopes were produced in LENRs along with excess heat. Larsen addressed Passell’s question in a quote published in my book Hacking the Atom:

There are unstable products produced in LENR transmutation networks. However, these intermediate products are not observed because, being typically very neutron-rich, their half-lives are quite short, normally ranging from tens of minutes down to milliseconds. Instead, they transmute in a very rapid, sequential series of beta decays that I call a ‘beta-decay cascade.’ The end-products of these fast cascades are stable isotopes, which can be observed at the end of an experiment. This is why LENR systems do not typically produce large quantities of medium-lived radioactive isotopes with problematic half-lives, as commercial fission reactors do.

Storms’ ACS Proceedings Chapter
The second set of excerpts that Storms sent me was from the proceedings of the paper Storms gave at the American Chemical Society meeting in 2007:

A mechanism has been suggested recently by Widom and Larsen based on a series of especially extraordinary assumptions, as follows:

Energy provided by the voltage gradient on an electrolyzing surface can add incrementally to an electron causing its mass to increase. This implies the existence of energy levels within the electron able to hold added energy long enough for the total to be increased to 0.78 MeV mass equivalent by incremental addition. This idea, by itself, is extraordinary and inconsistent with accepted understanding of the electron. [emphasis added]

Once sufficient energy has accumulated, the massive electron will combine with a proton to create a neutron having very little thermal energy. This implies that the massive electron reacts only with a proton rather than with the more abundant metal atoms making up the sample and does not shed energy by detectable X-ray emission before it can be absorbed.

This cold neutron will add to the nucleus of palladium and/or nickel to change their isotopic composition. This implies that the combination of half-lives created by beta emission of these created isotopes will quickly result in the observed stable products without this beta emission being detected.

The atomic number distribution of transmutation products created by this process matches the one reported by Miley after he electrolyzed Pd + Ni as the cathode and Li2SO4+H2O as the electrolyte. This implies that the calculated periodic function calculated by the authors actually has a relationship to the periodic behavior observed by Miley in spite of the match being rather poor. In addition, residual beta decay has not been detected. [emphasis added]

Gamma radiation produced by the neutron reaction is absorbed by the super-heavy electrons. This implies that the gamma radiation can add to the mass and/or to the velocity of the super-heavy electron without producing additional radiation. In addition, to be consistent with observation, total absorption of gamma radiation must continue even after the cell is turned off. If this assumption were correct, super-heavy electrons would provide the ideal protection from gamma radiation.

Storms summarized his points as follows:

These assumptions are not consistent with the general behavior of the LENR phenomenon nor with experience obtained from studies of electron behavior. Indeed, these assumptions, if correct, would have extraordinary importance independent of cold fusion.

Analysis
In Storms’ point #1 he asserted that the electron mass renormalization process was “inconsistent with accepted understanding of the electron.” He did not cite any support for his assertion. But such renormalization is actually an old idea, described in the scientific literature by world-famous physicists including Lev Landau (1908-1968), Lev Pitaevskii (1933-2022), Vladimir Berestetskii (1913-1977) and Evgeny Lifshitz (1915-1985). Widom and Larsen provided the citations in their first paper.

Storms’ points #2 and #3, despite his evocative language of “extraordinary assumptions,” did not support his three assertions.

Storms’ point #4 was ambiguously worded because he stated that the distribution of transmutation products described by the Widom-Larsen theory “matches the one reported by Miley”; then he stated that the distribution observed by Miley was a “poor match.” His more significant point was that residual beta decay had not been detected and that, if the theory was correct, beta emissions should have been detected.

I had specifically discussed this objection with Larsen. He had agreed that beta emissions would be present during and shortly after the reactions stop. However, he pointed out that detecting beta radiation would be extremely difficult because it is easily stopped by intervening materials, such as the epidermis or water in an electrolytic cell. Larsen said that a special type of radio-sensitive film would need to be used. In fact, he purchased some of this film and sent it to Storms and asked him to search for betas.

“I wanted him to take the cathode out of the solution, dry it off, and then immediately clamp the film right on top of the cathode, and leave it in the dark for a week,” Larsen said. “But Storms refused to do the experiment. He was afraid he would see the betas.”

In Storms’ point #5, he asserted that the patches of heavy electrons, as described by the theory, must continue to absorb and convert the gamma radiation after the cell is turned off. Storms does not appear to have published any details to support continued gamma radiation after the termination of LENR experiments. In addition, a problem exists in that the experimental database shows that LENRs produce none-to-negligible gamma emissions after termination of experiments.

Breakdown
The divisiveness between Storms and Larsen led to a breakdown of their productive relationship. Their disagreement about the theory precipitated Larsen’s termination of Storms’ employment in early 2006, as Storms explained to me.

“That set the stage for his decision to fire me,” Storms wrote. “He was not interested in an honest and objective critique.”

When Storms failed to convince me to stop reporting on the theory, he resorted to defamation, falsely accusing Larsen and Widom of defrauding investors:

Eventually, people will realize that the theory makes no sense and this should have been known by Widom and Larsen from the beginning. Therefore, they will appear to be either incompetent or can be said to have used a theory they knew was wrong to raise money. The more publicity this theory gets and the more support they get based on the theory, the bigger the fall will be in the future when people wise up. Therefore, it is best to treat it with the same indifference that is given to other theories. Of course it should be discussed, which I do in my book and in the ACS paper. [My] discussion [with myself] gives the scientific basis for rejection. Any further discussion should address these scientific objections. Perhaps you can answer this question. This theory is not any more correct or useful than many other theories that are not discussed. Why is this one given special attention?

I have chosen to publish this false and defamatory comment from Storms in the hope that it is unambiguously clear that it is completely devoid of merit. My first objective in publishing it is to illustrate the character attacks that happened publicly and behind the scenes against Widom, Larsen and the few people like myself who initially paid attention to the theory. Another objective is to inform the public, members of the science community, and specifically the LENR community, of the hostile opposition we faced as we endeavored to ensure that they had the opportunity to learn about the theory. There is one other person in the field, David Nagel, who initially promoted the Widom-Larsen theory but retreated from doing so soon after Storms began his efforts to discredit the theory. Nagel has declined to comment on the record about his retreat.

For readers who know nothing else about Widom, Larsen, or their theory, and wonder whether there is any truth to Storms’ allegation that Widom and Larsen proposed a “theory they knew was wrong,” I would like to point out two things.

First, Storms’ assertion that Widom and Larsen knew their theory was wrong is ludicrous. It is obvious that Widom and Larsen were convinced that their theory was right. Anybody who spoke with them or read anything they published knew that they thought their theory was right. Every theorist thinks their own theory is right.

Second, Storms had attempted to discourage me, the public, and people involved in the field, from doing exactly what he didn’t want us to do: pay attention to the theory. He did not offer any constructive criticism but instead resorted to personal attacks and false accusations. Concurrently, he proposed his own mechanism which he even admitted “requires a leap of faith.”

Group Attack
Of course, Storms was not the only LENR scientist who ganged up against Widom and Larsen. In 2008, Scott Chubb, a competing LENR theorist, told me that Widom and Larsen were unethical because they didn’t cite Martin Fleischmann and Stanley Pons in their paper. Another competing LENR theorist, Andrew Meulenberg, wrote this in 2008:

We see a disaster, if this paper were to be published and acclaimed by [the LENR field]. It would certainly confirm most physicists’ view of the field. Mostly, [physicists] looking for flaws would read it. They would easily find and advertise them. Good equations, grand phrases, and authoritative references (some of which seem misapplied and/or contradict the intent of the paper) do not make an acceptable paper. … Our instincts said there was a serious problem. Our weakness in QED suggested that we weren’t “up to it.” We finally saw the “emperor’s new clothes.” There was no solution in the QED. It looks like a snow job. And that makes us wonder why/how it was done.

Larsen died in 2019, but Storms continued the defamation, falsely accusing me of violating fundamental ethics and principles of journalism by taking money from Larsen. Storms wrote, without any evidence that Larsen funded me, (because there is none):

Lewis Larsen funded both Krivit and Widom because they supported the Widom-Larsen theory. The Widom-Larsen theory has been rejected in numerous publications. It is so far from reality, both with respect to LENR as well as basic science, that it is an embarrassment.

Storms’ comment that Larsen funded Widom because he “supported” the Widom-Larsen theory is also ludicrous. Widom did not accept funding from Larsen to be a promoter; rather, Larsen paid Widom to work on and develop the theory with him.

Attempt to Block
In 2023, Storms even protested to the LENR community that the organizers of the 2023 ICCF-25 conference had provided me the opportunity to speak about the theory. He posted a series of messages to an email list of LENR researchers between July 29 and Aug. 7, 2023. Here are some excerpts:

Instead of this flaw in this theory [that I identified] being acknowledged by the leadership, [Krivit] is given time at ICCF-25 to again promote this failed explanation. … This theory is so bad it should never have gotten any attention. This happened because Krivit made an effort to distort what was being claimed. … This issue would not be important except that this theory is being given attention at ICCF-25. This demonstrates to everyone that the [ICCF] leadership does not know what is real and what has been demonstrated to be nonsense. … No other theory has been demonstrated to be as wrong as this one, yet it is featured at a major conference. WHY?? … The W-L theory is especially embarrassing because many less-educated administrators accepted the idea only to discover that it is based on what can be called intellectual fraud. Now that fraud, [the Widom-Larsen theory], continues to be promoted at a major conference. … I hope the organizers of ICCF-25 can justify their decision.

Meulenberg, to his honor and credit, promptly rebuked Storms’ implication that the ICCF-25 organizers should have blocked me from speaking:

While we might all consider the W-L theory to be multiply flawed, to block its presentation at ICCF-25 entirely would be as unconscionable as the major journals blocking CF papers. … I hope that Krivit and his presentation are treated courteously at the conference.

I am pleased to say that I was treated courteously by the members of the field who were present in Poland in August.

Summary
Writing objective rebuttals to critiques or complaints about proposed theories consumes a lot of time and effort. That’s one of the reasons why Widom and Larsen confined their rebuttals to only a select number of critiques published in reputable journals or arXiv. Storms never published a formal paper commenting about the Widom-Larsen theory; thus, they saw no reason to respond to his Internet postings.

Storms’ lack of substantive criticism of the Widom-Larsen theory may have gone unnoticed by people who are not well-versed in LENR science or the basic principles of the Widom-Larsen theory. His proclamations that their theory was wrong might have influenced many casual observers. However, my analysis shows that Storms’ objections to the Widom-Larsen theory are feeble and lack scientific basis or validity.

Storms had a lot of experience and knowledge in the broader field of LENR research, but he failed to apply this to the Widom-Larsen theory. As a respected authority in the LENR field, his actions and statements must have discouraged others from exploring the possibilities of the theory. In my mind, there is no question that Storms’ assault on the Widom-Larsen theory interfered with the progress and development of LENR research.

It took some time for me to develop a strong foundational understanding of the basic concepts of the theory. However, early in my attempt to encourage public discussion about it, I recognized something. It is a point that I hope to convey to every participant in the LENR research field. The nature of the responses to Widom and Larsen from the politically prominent scientists within the field were similar to the nature of the responses to Martin Fleischmann and Stanley Pons from the politically prominent scientists in 1989.

LENR theorist Peter Hagelstein, an associate professor of electrical engineering at the Massachusetts Institute of Technology, wrote a critique in 2013 about the Widom-Larsen theory. Even though Hagelstein’s objective was to discredit the theory, he wrote:

Widom and Larsen have put forth a model to describe excess heat and transmutation in LENR experiments. This model is the single most successful theoretical model that the field has seen since it started; it has served as the theoretical justification for a program at NASA; and it has accumulated an enormous number of supporters both within and outside of the condensed matter nuclear science community.

Note: On Nov. 19, 2023 we added additional content to the “Breakdown” section and the sections after that.

источник: https://news.newenergytimes.net/202...ments-about-the-widom-larsen-theory-of-lenrs/

Ser1 · 23 Ноябрь 2023

Общая реплика про "трансмутации элементов", "холодный" ядерный синтез и т.д.
1. Шарахнем миллионами вольт с килоамперными токами по какому - нибудь элементу: вода, газ, твердое вещество
2. После БАБАХ'а в обломках чего только нет: и от старого мало чего осталось и новое откуда - то взялось.
3. Дальше закатываем глаза к потолку (миллионы вольт + килоамперы = ясен пень чего - то должно случиться) и начинаем фантазии: протоны, электроны, дефект массы (вы ещё и дефект сюда привели=? (Ипполит заглядывает под кровать..))
НО ЕСЛИ приглядеться, то можно увидеть ЧТО:
нам все время отводят глаза на вторичные параметры: по отношению к воздействию на среду и протекающий ток и прикладываемое напряжение (точнее - разность потенциалов!) = вторичные параметры: при чем здесь миллионы вольт (в допустим разряде молнии), если эти миллионы "размазаны" по протяженности в десятки, а то и сотни метров!
И килоамперы (хоть они и более предметны в смысле нашего рассмотрения, т.к. возникают в отн. малой области в момент пробоя вещества) тоже не имеют отдельного смысла...
А смысл имеют АБСОЛЮТНЫЕ ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ ХАРАТЕРИСТИКИ (назовоем их так, т.к. именно они в действителность являются характристическими величинами процессов, протекающих в среде в зоне реакции под действием/при участии электричества)
=
То есть для вещества важна НАПРЯЖЕННОСТЬ (вольт/метр) ЭЛЕКТРИЧЕСТВА = именно её - эту самую напряженность и "терпит" до поры до времени вещество, при приложении к нему электричества.
И при пробое (т.е. разрыве среды электричеством) важна ПЛОТНОСТЬ ТОКА ПО ПЛОЩАДИ ИЛИ ОБЪЕМУ ПРОТЕКАНИЯ ПРОЦЕССА (ампер /м квадратный) и при искрении "простой" пальчиковой батарейкой типов А - ААА в искровом пробое тоже образуется плазма, т.к. эти 1.5V, будучи приложены к промежутку 0,1мм, дают в зазоре:
- напряженность поля 15КВ/м
- а 0,5А - 1А тока при диаметре контакта 0,1мм дает 0,5 - 1 миллион ампер/метр квадратный
получаем результат ничуть не хуже молнии, только в очень малом объеме
==
ну или иначе: никакй этот синтез не "холдный", а один и тот же, просто сделан по - умному...
===
при таком рассмотрении термин "нанотехнологии" приобретает реальный смысл: т.к. сокращая размеры области реакции в 10 минус 9 раз, мы тем самым УВЕЛИЧИВАЕМ напряженность поля и плотность тока в области реации в те же 10 в ПЛЮС девятой степени (в тысячу миллиардов раз) всё с тем же "ясен пень - результатом": что - нибудь новое да получится"!
====
то есть правильнее считать, что скрывают именно "технологию" уменьшения области реакции с соотв. увеличением истинных, влияющих на вещество параметров электричества: напряженностью элекрического поля и плотностью тока, а не разностью потенциалов на клеммах источника питания и общим протекающим в зоне реакции током "по показаниям амперметра"

Mouselab · 13 Декабрь 2023

Вебинар №4 "Высокоэнергетические процессы в конденсированных средах" будет проходить 13 декабря 2023 (среда) с 16.00
до 18.00 по московскому времени. Вход в вебинар будет открыт 13 декабря в 15.45.
Ссылка для подключения https://us06web.zoom.us/j/84809770473?pwd=u4HcBQZRklPWaMgxlN3lpxZGwHXd4F.1#success

Доклад: Природа жизни, происхождение и эволюция жизни во Вселенной
Докладчик: Алексей Александрович Шаров

Информация о докладчике:
Закончил Биологический факультет МГУ, там же защитил докторскую диссертацию по экологии и энтомологии. С 1990 года работал в Вирджинском Политехническом Университете. С 2002 по 2020 год работал в Национальном Институте Старения (NIA-NIH) (США) по теме биоинформатики и молекулярной биологии. С 2020 года работает в биотехнологической компании Elixirgen Scientific.
С середины 70-х занимается теоретической биологией. В конце 80-х руководил еженедельным семинаром и организовал две выездные конференции по биосемиотике. С 2014 года – главный редактор журнала Biosemiotics (Springer). С 2017 года – соредактор серии книг по биосемиотике. В 2019 году организовал международную конференцию по биосемиотике в Москве на базе факультета философии МГУ.
По данным Researchgate является автором 145 статей, которые имеют более 10 тысяч цитирований.
Аннотация доклада
Физика рассматривает жизнь как неравновесную термодинамическую систему с низкой энтропией. Но этого недостаточно для того, чтобы отличить живые системы от неживых неравновесных систем. Ключевое свойство жизни состоит в способности живых систем отличать благоприятные состояния (внешние + внутренние) от неблагоприятных, а также – кодировать и воспроизводить пути к увеличению благоприятности в зависимости от контекста. Иначе говоря, живые системы помнят, что им надо делать в какой ситуации, а элементы памяти – это знаки несущие биологический смысл. Простые организмы конструируют сеть молекулярных взаимодействий, которая кодирует и воспроизводит жизненные функции, такие как метаболизм, генетическое наследование и размножение. А сложные многоклеточные животные в добавок к этому еще имеют сознание для более эффективной оптимизации активности. Знаковую природу живых организмов изучает наука биосемиотика, в которой предполагается что знаковые процессы (семиозис) – это ключевое свойство жизни. Но как быть с частями организмов: органами, клетками, и автономными компонентами клеток? Живые они или нет, и есть ли в них знаковые процессы? Для ответа нужен новый термин – семиотическая система – который включает не только организмы, но и их автономные части и автономные много-организменные системы (колонии, популяции, консорции), а также автономные продукты организмов (роботы, компьютеры, рибосомы, вирусы).
Прогресс эволюции организмов можно оценить по их знаковой сложности. Например, знаковую сложность генома можно оценить по совокупной длине функциональных сегментов ДНК без повторов. Логарифм знаковой сложности генома зависит от эволюционной древности организмов, а именно, он удваивается примерно за 340 миллионов лет эволюции. Экстраполируя регрессию назад по времени можно оценить возраст жизни. Как оказалось, простые живые системы с кодирующими молекулами коэнзимов одного типа (что эквивалентно одному нуклеотиду) должны были появиться примерно 9,5 миллиардов лет назад, то есть, задолго до образования Земли. Рассматривается сценарий происхождения и начальных этапов эволюции жизни на основе молекул коэнзимов, способных воспроизводиться на поверхности углеводородных капель в воде. Полициклические ароматические углеводороды (ПАУ), сходные по строению с коэнзимами, которых достаточно много вокруг углеродных звезд, могли попасть на планеты, и использоваться первыми живыми системами для поглощения квантов света и катализа. Учитывая способность бактерий жить в экстремальных условиях (на глубине 5 км под землей, в глубоководных впадинах океана, в горячих источниках и подледниковых озерах) следует ожидать широкое распространение бактериальной жизни на многих планетах, спутниках планет и астероидах в солнечной системе и в других звездных системах.

Библиография по теме доклада (запросы pdf по эл. почте sharov@comcast.net)
Статьи:
Sharov, A.A. (2006) Genome increase as a clock for the origin and evolution of life. Biology Direct 1, 17.
Sharov, A.A. (2009) Coenzyme autocatalytic network on the surface of oil microspheres as a model for the origin of life. International Journal of Molecular Sciences 10(4), 1838-1852.
Sharov, A.A. (2010) Functional information: Towards synthesis of biosemiotics and cybernetics. Entropy 2010, 12: 1050-1070.
Sharov, A.A. (2016) Coenzyme world model of the origin of life. Biosystems 144, 8-17.
Книги:
Sharov, A.A. and Gordon, R. (Eds.) (2018) Habitability of the Universe before Earth. Elsevier, Amsterdam.
Sharov, A.A. and Tønnessen, M. (2021) Semiotic agency. Science beyond mechanism. Springer, Dordrecht.
Sharov, A.A. and Mikhailovsky, G.E. (Eds.) (2024). Pathways to the Origin and Evolution of Meanings in the Universe. Scrivener & Wiley (in print).

Опубликовано 11 декабря, 11:54
источник: http://lenr.seplm.ru/seminary/vebin...budet-prokhodit-13-dekabrya-2023-sreda-s-1600

Mouselab · 22 Декабрь 2023

Вебинар №8 сессии осень – зима 2023 семинара Климова-Зателепина будет проходить 27 декабря 2023 (среда) с 16:00
до 18:00 по московскому времени. Вход в вебинар будет открыт 27декабря 2023 в 15:30.

20 декабря не будет!!!!!!

“Ссылка для подключения”: будет позднее

Уроки исследований LENR
Проф. Климов Анатолий Иванович, НИУ МЭИ

1. Подведение итогов работы на Плазма Вихревых Реакторах (ПВР) различных типов в 2023 г.
2. Радиометр АСПЕКТ (г. Дубна)
3. Замер радиационного фона и рентгеновского излучений вблизи ПВР ( эффект Зателепина – Баранова –Шишкина). Особенности измерения нейтронов вблизи работающего ПВР.
4. Калориметрические эксперименты на ПВР с нулевым энергетическим балансом
5. Двух-стадийный режим выделения тепловой энергии в ПВР. Эффект Чистолинова.
6. Аварийный «аномальный» взрыв «серого» водорода в водяном затворе ПВР. Эффект Казанского.
7. Повторение экспериментов на ПВР в Португалии. ENG8

LENR Research Lessons
Prof. Klimov A.I., SRU MEI

1. Summarising of the experimental results obtained on various types of PVR ( Plasma Vortex Reactors)in the 2023 year.
2. ASPECT radiometer (Dubna)
3. Measurement of the radioactive background and X-ray radiation near the PVR (Zatelepin – Baranov – Shishkin’s effect). Features of neutron measurement near a working PVR.
4. Calorimetric experiments on PVR with zero energy balance
5. Two-stage mode of heat energy release in the PVR. Chistolinov’s effect.
6. An emergency “abnormal” explosion of “yellow” hydrogen in PVR’s water bath . Kazanskii’s effect.
7. Repetition of experiments on PVR in Portugal. ENG8

источник: http://lenr.seplm.ru/seminary/vebin...budet-prokhodit-20-dekabrya-2023-sreda-s-1600

Mouselab · 30 Декабрь 2023

Видео вебинара №8 сессии осень – зима 2023 семинара Климова-Зателепина 27 декабря 2023 (среда) с 16:00

видео https://disk.yandex.ru/i/xJb-opnah26_nQ

Чат https://disk.yandex.ru/d/4FtzOhSL9E4n6A

Уроки исследований LENR
Проф. Климов Анатолий Иванович, НИУ МЭИ

1. Подведение итогов работы на Плазма Вихревых Реакторах (ПВР) различных типов в 2023 г.
2. Радиометр АСПЕКТ (г. Дубна)
3. Замер радиационного фона и рентгеновского излучений вблизи ПВР ( эффект Зателепина – Баранова –Шишкина). Особенности измерения нейтронов вблизи работающего ПВР.
4. Калориметрические эксперименты на ПВР с нулевым энергетическим балансом
5. Двух-стадийный режим выделения тепловой энергии в ПВР. Эффект Чистолинова.
6. Аварийный «аномальный» взрыв «серого» водорода в водяном затворе ПВР. Эффект Казанского.
7. Повторение экспериментов на ПВР в Португалии. ENG8

источник: http://lenr.seplm.ru/seminary/vebin...budet-prokhodit-20-dekabrya-2023-sreda-s-1600

Mouselab · 4 Январь 2024

Опубликована статья "Холодный синтез воспоминания 1989 _1996 Римский университет"
читать тут https://web.uniroma1.it/museochimicaprimolevi/fusionefredda

Mouselab · 12 Январь 2024

Дискуссия Пархомов-Климов
Дискуссия
Конструкция
Статья

Огромное разнообразие нуклидов, возникающих в процессе
низкоэнергетических ядерных реакций. Попытка объяснения
А.Г.Пархомов1
, Е.О.Белоусова2
1 Опытно-конструкторская лаборатория КИТ, Москва, Россия
2 Институт экспериментальной минералогии РАН
1
alexparh@mail.ru
Исследования в области низкоэнергетических ядерных реакций (LENR) показали большое
разнообразие проявлений этого явления. LENR обнаружен в металлах с растворенным в них
водородом, в плазме, в газовом разряде, при электролизе и в биологических системах. В
дополнение к выделению энергии, которое намного превышает возможности химических
реакций, LENR характеризуется огромным разнообразием возникающих химических элементов.
В статье приведены примеры появления многих изначально отсутствующих элементов в
различных установках LENR. Например, в никель-водородном реакторе, созданном в нашей
лаборатории, который непрерывно работал 7 месяцев, были обнаружены Ca, V, Ti, Mn, Fe, Co,
Cu, Zn, Ga, Ba, Sr, Yb, Hf. Появление новых элементов наблюдается не только в “топливе”, но и
в окружающем веществе. Огромное разнообразие возникающих химических элементов можно
объяснить тем, что в процессе LENR взаимодействие охватывает сразу несколько атомов. Это
может быть взаимодействие, инициированное нейтрино (антинейтрино) очень низких энергий,
поскольку такие частицы имеют длину волны де Бройля (размер области взаимодействия),
намного превышающую межатомные расстояния в конденсированном веществе. Огромные
потоки нейтрино и антинейтрино генерируются в металлах и плотной плазме в результате
тепловых столкновений электронов с атомами при достаточно высокой температуре. Статья
написана на основе доклада на конференции ICCF-23, Китай, Сямыньский университет, 9-11
июня 2021 года.

Опубликовано 12 января, 00:32

источник: http://lenr.seplm.ru/novosti/diskussiya-parkhomov-klimov

Mouselab · 15 Январь 2024

Вебинар №1 сессии зима - весна семинара Климова-Зателепина будет проходить 17 января 2024 (среда) с 16:00
до 18:00 по московскому времени. Вход в вебинар будет открыт 17 января 2024 в 15:30.

Ссылка для подключения
https://us02web.zoom.us/j/9781566746?pwd=dlRKSEx3c2d0VkdhS1RWbEx1VlBEUT09#success

Как возможны низкоэнергетические ядерные реакции: к проблеме преодоления кулоновского барьера.

кфн. Грязнов Андрей Юрьевич, ст. преп. кафедры общей физики физического ф-та МГУ Основная идея доклада состоит в том, что только при правильном понимании структуры ядер, которое, по мнению автора, дает феноменологическая теория Ю.В. Буртаева, можно понять, как преодолевается кулоновский барьер в экспериментах по LENR. В докладе разбираются существующие модели атомных ядер, показана их неадекватность природе и обосновывается FGH-модель, предложенная Ю.В. Буртаевым, в которой энергия связи нуклонов в ядре не является одинаковой (даже в среднем). В свете теории Ю.В.Буртаева многие экспериментальные факты приобретают ясное и разумное объяснение. Особое внимание в докладе уделено истолкованию на основе FGH-модели экспериментов Л.И. Уруцкоева.

источник: http://lenr.seplm.ru/seminary/vebin...budet-prokhodit-17-yanvarya-2024-sreda-s-1600

Mouselab · 17 Январь 2024

Theresa Benyo LENR Products: Lattice Confinement Fusion (LCF) Fission, or Both? Продукты LENR: Синтез с решетчатым конденсированием (LCF), деление или и то, и другое?

Для просмотра этого контента нам потребуется Ваше согласие на установку сторонних файлов cookie.
Для получения подробной информации посетите страницу с информацией об использовании файлов cookie.

Mouselab · 22 Январь 2024

The 2024 Doomsday Clock announcement
Watch the Clock unveiling live here on January 23 at 10 a.m. EST.

Для просмотра этого контента нам потребуется Ваше согласие на установку сторонних файлов cookie.
Для получения подробной информации посетите страницу с информацией об использовании файлов cookie.

источник: https://thebulletin.org/doomsday-cl...omsdayClock_BillNye2024DoomsdayClock_01112024

Mouselab · 23 Январь 2024

Вебинар №2 сессии зима - весна семинара Климова-Зателепина будет проходить 24 января 2024 (среда) с 16:00

Вебинар №2 сессии зима – весна семинара Климова-Зателепина будет проходить 24 января 2024 (среда) с 16:00 до 18:00 по московскому времени. Вход в вебинар будет открыт 24 января 2024 в 15:30.

Ссылка для подключения
https://us02web.zoom.us/j/9781566746?pwd=dlRKSEx3c2d0VkdhS1RWbEx1VlBEUT09#success

Обсуждение статьи, размещенной на сайте. Вода может запускать ядерную реакцию с получением энергии и изотопов газов Основной докладчик к.ф.-м.н. Пархомов А.Г. Докладчики Годин С.М., к.ф.-м.н. Шишкин А.Л.
Статья сообщает об открытие того, что вода может запускать своеобразную ядерную реакцию и вырабатывать энергию. Кавитация может вызвать необычные реакции в результате взрыва пузырьков водяного пара. Многие из этих исследований были опубликованы официально или неофициально. Мы провели эксперименты с использованием двух типов реакторов, изготовленных из многотрубного теплообменника, и обнаружили, что в процессе теплообмена воды образуется своеобразное избыточное тепло и аномально высокое давление, приводящее к разрыву реактора. Недавно мы протестировали еще восемь реакторов. Интересно, что эти реакторы производят неконденсирующийся газ. Мы подозревали, что в их состав входят 22Ne и CO2. Мы использовали масс-спектрометр (MS) для анализа 14 проб газа, отобранных из 8 реакторов, включая десять образцов, показавших коэффициент полезного действия COPx > 1,05 (с избыточным выделением тепла) и четыре образца, имеющие COPx < 1,05 (без избыточного выделения тепла). Для определения содержания газа было применено несколько методов. Для идентификации CO2 используются два метода. Для идентификации 22Ne используются три метода. Все результаты подтверждают, что изотоп 22Ne и обычный CO2 действительно присутствуют в выходящем газе из реакторов, которые, как установлено, имеют избыточное тепло. Мы предлагаем возможный механизм образования 22Ne и CO2 и выясняем, что 12C и изотоп 17O являются промежуточными звеньями. В конечном итоге они образуют изотопные газы, содержащие 17O, включая H2O‑17 (воду с тяжелым содержанием кислорода), изотоп O2 (16O‑17O) и изотоп CO2 (12C–16O–17O). В реакторах, вырабатывающих избыточное тепло, все эти газы были обнаружены методом MS в отсутствие 20Ne и 21Ne. Наблюдаемые изотопы газов, образующиеся в реакторах с избыточным теплом, подтверждают, что вода может запускать своеобразную ядерную реакцию и вырабатывать энергию.

Ссылка на полный текст статьи

Discussion of the article posted on the website
Water can trigger nuclear reaction to produce energy and isotope gases
Main speaker Ph.D. Parkhomov A.G.
Speakers Godin S.M., Ph.D. Shishkin A.L.
Article text

источник: http://lenr.seplm.ru/seminary/vebin...budet-prokhodit-24-yanvarya-2024-sreda-s-1600

Новости LENR.

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Вложения

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Помощник Папы Кыр

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Чатланин

Мы ценим вашу конфиденциальность